Москва - Кассиопея

Клуб любителей кинодилогии Ричарда Викторова
Отроки во вселенной


Форум   Поиск по сайту   Карта сайта   Напишите нам письмо  
Главная страница
Информация о дилогии
Творчество

Разнообразные материалы
Ссылки
Форум

RSS-лента сайта





Звездный юбилей

   
Завтра у меня день рождения. Меня вряд ли кто-то поздравит, потому что никто не в курсе, что я отмечаю этот день. Жена поздравила бы, но она уверена, что мой день рождения – только через три месяца и восемнадцать дней. Ну, промахнулись медики немного, когда устанавливали дату моего рождения пять лет назад. А остальные ребята прекрасно знают, если не забыли,  что мой юбилей именно завтра, но ни один из них не подозревает, что я сам это помню. Так что все они готовят подарки к официальной дате. 

Мне сейчас уже без двадцати пяти минут пятьдесят лет, однако, если честно, ни я, ни моя жена этого не замечаем. Витька тоже говорит, что я почти не изменился за те годы, что мы с ним знакомы. Я знаю, что имеется в виду, хотя он никогда не уточняет. Годы, прошедшие со старта Первой Межзвездной экспедиции. А жена ласково говорит: «Как был шутом, так и остался». Нет, на самом деле ласково. Потому что ей нравится мое отношение к жизни. Потому что мы оба знаем, за что она меня полюбила. За то, чего так не хватало нашим замечательным, но излишне серьезным рано повзрослевшим друзьям – за детство в душе.  Не могу сказать, что это определение меня сильно порадовало, когда Джулия впервые смогла ответить на мой совершенно идиотский вопрос – за что? А потом смирился. Тем более что шутки и смех еще никому не мешали взрослеть. Правда, Джули не помнит, что это впервые началось именно тогда, когда все, оставаясь подростками, резко стали взрослыми. И только я не смог. Впрочем, не сильно и старался. То есть, я никогда не стремился приобрести свойственные взрослым людям, в нашем понимании, черты. Как это говорил один из моих любимых киногероев – улыбайтесь, господа! Все глупости в мире совершаются именно с серьезным лицом. Так что я никогда не думал, что сведенные к переносице брови – признак большого ума… Хотя в нашем случае я бы не стал так же категорично утверждать, что вечносерьезное лицо есть признак, обратно, скудоумия. У кого угодно, только не у Виктора, например. 
Витька просто с начала работы над нашим кораблем тянул на себе бешеный груз долга и ответственности, и с годами этот груз только увеличивался. Да и Пашка никогда не был глупцом. Разве что в вопросах флирта, но это уж если не дано, значит, не дано. А нахмуренные брови у него были всегда, с детсада. Я и это помню… А Мишка по жизни серьезен – положение вундеркинда с детства обязывало. Но уж этого компьютерного гения я бы никому не рекомендовал называть дураком. Сам набью тому морду, кто так скажет.
Да, а мне лично серьезным быть просто невозможно. Я не понимаю, зачем. Черт побери, был бы я серьезным, суровым, ответственно подходящим к любой мысли – не было бы меня сейчас тут, рядом с ребятами.
Если бы я остался тогда на Земле, если бы не поддался совершенно стихийной и безрассудной идее остаться «зайцем» на корабле до старта, если бы послушно, взвесив все за и против, покинул звездолет вместе с журналистами… Во-первых, в пятьдесят лет я бы уже думал о пенсии, возился бы с внуками и считал бы, что моя жизнь перевалила за полдень и теперь клонится к закату. Во-вторых, меня бы просто не было. С момента старта нашего звездолета на Земле прошло больше пятисот лет. Столько не живут. А я вот сижу на берегу Тибра, рисую пальцем на песке и смотрю в небо. На самом деле, я не ощущаю возраста. Я как будто остановился во времени, и мне до сих пор тридцать. Все-таки современная наука творит чудеса…

До полуночи осталось двадцать минут, дома меня не ждут раньше рассвета, потому что Джулия и Лиана спят без задних ног, да даже если жена и проснется, она знает, что я могу просто выйти погулять. А больше никого в нашем доме и нет. Все разъехались-разлетелись…

На самом деле, наши полеты на Земле всегда считались чем-то нереальным. Они казались сказкой во времена моего детства, когда Витьке еще и в голову не приходило слово «антивещество», они кажутся сказкой и сейчас, когда полет к Большой Медведице занимает от силы пару недель. Между нашим первым стартом и возвращением здесь прошло больше двухсот пятидесяти лет. Так долго сейчас не длится ни один полет в пределах Союза миров. Когда мы вернулись, нас действительно встречало уже другое поколение, люди которого, однако, сохранили память о нас и нашем полете. Мы испытали все прелести возвращения, описанные еще Стругацкими в их бессмертном «Полдень, XXII век». Однако нас от героев «Полдня» отличало то, что мы все-таки привезли знания, которых не было до того, как в жизнь Земли вошли соэллиане и вариане. Конечно, соэллиане и сами когда-нибудь вступили бы с землянами в контакт, но это еще не факт. А вот наше знакомство с Ли послужило катализатором для ускорения этого процесса. Нам есть, чем гордиться.

Мы – уникумы. В Земном Содружестве ни на одной планете нет больше таких людей, которые пережили бы века. Мы помним первые шаги человечества в космосе. Мы видели первых космонавтов. Мы следили за первыми шагами человека на Луне. И мы не дождались высадки на Марс – но только потому, что сами стали первыми, кто покинул Солнечную систему. Мы осуществили первый и второй контакты. Мы… Да мы круче вареных страусиных яиц. Только не смейтесь – среди нас есть и первый в истории человечества телепат.
Жизнь для нас долгое время была нормальной только в полетах, в работе. На Земле находиться было просто невозможно – перерыв между Первой экспедицией и нашим роковым полетом, окончившимся спустя триста лет, мы еле пережили. Хорошо еще, нам с Юлькой, Кате с Мишкой и Пашке подвернулась небольшая промежуточная работа на Уране – там всем не было до нашего великого прошлого никакого дела, потому что работа отнимала все свободное время. Надо сказать, многие удивлялись – почему мы, живые легенды космонавтики, все время искали себе либо не самую легкую работу, либо новых дальних полетов с приключениями на свою пятую точку? Это тяжело объяснить людям, которые сами никогда не были живыми легендами. Мы и не объясняли – просто пользовались новыми связями и своим положением для того, чтобы снова с головой уйти в любимое дело. Звезды вошли в нашу кровь, и ни один из нас не мыслит жизни без них, или хотя бы надежды на новую встречу.
 
Так вот, мы после Первой Межзвездной улетели на Уран, а Витька и Варя остались – их Сереже тогда еще не исполнилось четырнадцати, и его никто бы не выпустил в дальний космос. Смешно, не правда ли, по отношению именно к этому парню? Тогда Варе на Земле пришлось несладко – отвоевывать у прессы свободное жизненное пространство оказалось трудновато, ведь Сережа, на свою и родительскую беду, долгое время был единственным человеком, родившимся в космическом полете.
Пожалуй, исключением из всех нас, кто на повышенное внимание к своей особе плевать хотел, был Витька. Наш командир и мозговой центр, совершивший в неполные четырнадцать лет переворот в космонавтике, Космический Моцарт, как его прозвали еще до старта «Зари».
Так вот ему было абсолютно до лампочки, сколько раз за неделю его фотографировали и приглашали на разные мероприятия – он неизменно отказывал, ссылаясь на работу. Похоже, он вообще не испытывал никаких неудобств от преследующей его славы, он ее просто игнорировал. И наступил момент, когда славе надоело за ним бегать. Виктор Середа стал обычным, хотя и уважаемым и особо ценным сотрудником Центра управления полетами, но его ореол героя и национального достояния землян как-то испарился. Сам Витька этого и не заметил, как раньше не замечал собственной исключительности.

Не успев передохнуть толком, через несколько лет после возвращения мы буквально напросились в новый полет – к далекой недавно открытой планете, для того, чтобы основать там новую колонию для добычи редких на Земле элементов таблицы Менделеева. Планировалось, что работы там от силы на пять лет. На Землю мы вернулись спустя триста четыре года. Парадокс…
Сейчас Витька с Варей улетели на одну из дальних колоний – планету-курорт. Впервые за много лет они остались вдвоем, и я лично за них очень рад. Сергей с Павлом и Гео улетели на Соэллу. Сережа везет какие-то суперобразцы для соэллианских исследователей, среди которых уже три года на Соэлле работает наш Мишка. У Гео какие-то очередные сверхсекретные цели, связанные с семейными тайнами. Я не стал особо интересоваться. У нас с младшим Козелковым отношения дружеские, но и он, и я знаем, что есть черта, за которой нам лучше не откровенничать.

Пашка же уверял, что летит исключительно с официальным визитом. Ну, он ведь четвертый официально признанный член Правящего дома Соэллы… От всех претензий на власть он, конечно, давно отказался. Со мной чуть истерика не сделалась, когда я представил старшего Козелкова с короной на голове, или что там у соэллиан является атрибутом власти. Пашка, правда, юмора не оценил. В последнее время он вообще слишком мрачен даже для его привычного сурово-серьезного состояния. Раньше он хоть иногда улыбался.
А все эта совершенно безумная история со Сьенной. С одной стороны, если бы не рэтвеллианский корабль, снявший нас с мчавшейся в вечном свободном  полете «Эвридики», мы никогда бы не вернулись. С другой – я не уверен, что возвращение стоило этого кошмара. Во всяком случае, Пашке и его жене вся эта история только навредила. Она не смогла подождать еще немного, а он не смог сделать правильный выбор. Мне жаль, что в тот момент, когда пришло время принять решение, я был еще не в состоянии ему помочь. Зачем Пашка тогда отмочил этот номер с Катериной, я так и не понял – ни тогда, ни сейчас. Ежу же было ясно, что ничего у них не выйдет. Впрочем, не отрицаю, что мне неизвестно все, что между ними троими происходило. Когда дело касалось женщин, Козелков всегда был скрытным. И что связало его на время с Катей, я не знаю. Так же как и не знаю, о чем они говорили с Ли, когда она так скоропостижно сбежала со своего последнего приема в резиденции Президента. Зато я знаю, что сегодня официальный визит не при чем. У Пашки за эти несколько лет было много случаев, когда он мог полететь с тем же Гео, который бывает на Соэлле пару раз в год точно. Однако до сих пор находились «веские» причины, чтобы не лететь. Ну да, отмазки. Думаю, теперь он, наконец, решился попробовать вернуть Ли. Очень надеюсь, что у него получится. Хоть я и не понимаю, что у них произошло, но я знаю, что Пашка всегда ее любил, даже когда не помнил, что она  – его жена. А что сама Ли его любит – в это не сомневался никто и никогда. И должно было случиться что-то очень важное, чтобы он пожертвовал этой их любовью, а она вот так с этой жертвой согласилась. Правда, на мой взгляд, все равно ничего у него не вышло. Однако в данной ситуации он сделал все возможное, и не его вина, что Катерина, все-таки, передумала выходить за него замуж. Козелков так не понял, когда и почему она переменила свое решение. А я видел, как это получилось.

В то утро они с Гео улетели в Рим по работе, а меня Пашка попросил последить за Катей – тогда еще Кэти. Он боялся оставлять ее надолго одну. Я помахал ему вслед, а когда флиппер скрылся из виду, пошел искать свою подопечную. В принципе, мы все знали, где она гуляет – на пологом каменистом берегу Тибра.  Там она могла просидеть час или два, если ее не беспокоить. Я нашел ее и не стал скрываться, как мы с Пашкой часто делали, чтобы не смущать тех, кого охраняли. На этот раз просто подошел и сел рядом. Мы молча смотрели на спокойную реку, почти незаметно несущую вдаль свои волны. Романтично, да? А мне было просто скучно и как-то непонятно тоскливо. И я просто бросил в воду камень. С места, не вставая. А Кэти вдруг поднялась, не отрывая взгляд от кругов на воде, подобрала камешек, взвесила в ладони и направилась к реке, все ускоряя шаг. Я, кстати, давно так не пугался. В принципе – чего волноваться, топиться с таким видом не собираются, да и где там топиться, на этом берегу глубина в десяти метрах от берега мне по пояс. Но лицо у нее было… Не знаю, какое у меня в свое время было лицо в подобной ситуации, зеркала под рукой не оказалось, и наблюдатели отсутствовали. Но, думаю, я не лучше выглядел. Впрочем, нет. Я, кажется, глупо улыбался, когда на меня нашло то полубезумное озарение…
Не успел я Кэти догнать, а она резко остановилась и с особого размаха пустила камень. Совсем как тогда, на Вариане. Камень прыгал по поверхности воды, а она сосредоточенно шевелила губами, считая, сколько раз он подпрыгнул. Глаза ее превратились в щелки, и трудно было сказать, какое выражение скрывалось в их глубине. Мне показалось, что лучше ее сейчас не трогать. А она все подбирала камни и с каким-то наслаждением рисовала ими цепочки «блинов» по Тибру.
Вечером она порвала разрешение на их брак, подписанное еще Ли, а утром улетела в Арджтаун. И никто, кроме меня, до сих пор, кажется, не знает, что она  просто не смогла смириться с тем, что поняла тогда, у реки, и приняла решение снова все бросить и начать заново. Этот импульсивный горячий поступок оказался последним приветом Кэйт Пэффит, растворившейся в возродившейся личности Кати Копаныгиной.

Мы с Джулией все еще живем в доме на Тибре. Я хотел уехать тогда, после известия об окончании военных действий в системе Сьенны и подписания мирного договора шас-Рикчетом и Лиэлл Гор Матиэллт. Но Джулия была против. Она имела право наложить вето на любое мое решение – ей оставалось всего пара недель до родов, и она хотела, чтобы первые годы жизни наша дочь провела в этом доме. У нас родилась чудная девочка, похожая на Джули во всем, кроме цвета волос. Она такая же кареглазая, у нее те же брови восточной красавицы, такие же, похожие на лепестки цветка, губки, тот же носик. Только наша Лиана совершенно рыжая. Никаких веснушек – думаю, они и не появятся, в конце концов, нашей принцессе скоро будет четыре года, а личико у нее по-прежнему совершенно чистое. Зевс великий, какую чушь я несу…

Пищит браслет, сообщая, что полночь наступит через пять минут. Шлепаю по нему ладонью, включая отсрочку. В следующий раз он зазвонит в ноль часов ровно, и я открою эту бутылку, подаренную нам с Джулией Фрэнком. Он знал, что мы не пьем крепкого алкоголя, но от вина я в последнее время не отказываюсь. Особенно от этого.

Фрэнка нашли в его квартире полгода назад. Мы с Пашкой, как сотрудники посольства, связаны со Службой безопасности, и нам сообщили об этом официально. Новый шеф СБ сообщил, что Ардорини был уже мертв, когда он и еще двое сотрудников вошли в его комнату. Все было почти так же, как с Риком Кессини, с той разницей, что они установили причину смерти - самоубийство. Бред. Я не верю, что Фрэнк мог так поступить. Кто угодно, только не он и не сейчас. И не так… Я не знаю, кто это сделал, но зато уверен, что если когда-нибудь узнаю, сверну тому человеку шею собственноручно, руками. Как тому мутанту на арене, когда он сломал мой меч.

Да, я помню сразу две свои жизни. Пару лет было очень проблематично не заработать настоящую шизофрению, поскольку обе мои личности желали продолжать свое существование. Лишь год назад я смог все соединить в сознании, и стать тем, кем я улетал с Земли больше пятисот лет назад. Впрочем, я вру. Совсем тем же мне уже никогда не быть. Я сохранил свою любовь к жизни, по-прежнему не унываю и всегда готов искать и, главное, найти выход из любой нештатной ситуации. Но Тео во мне, все же, заметно изменил сущность бывшего безбашенного космического «зайца». Я приобрел то, чего раньше у меня не было. Я знаю теперь, что финиш близко. И каждый наш день, каждый шаг, каждый поступок приближает красную ленточку, за которой вряд ли что-то еще есть. И, несмотря на увеличенный медиками и биологами срок нашей жизни, половина пути уже пройдена. Нам не дано прожить двести пятьдесят-триста лет, как нашей дочери, но мы и не должны жалеть об этом. В конце концов, в наш полтинник уже уложилось пятьсот лет истории. И еще не вечер, как говорит Витька.

Снова пищит браслет, я выключаю его, и открываю бутылку. Бокал я взял из тех, что так любила Ли – горный хрусталь, на солнце он сверкает, как бриллиантовый. Но сейчас нет солнца, зато есть они – звезды. Я наливаю вино, и хрустальный бутон наполняется звездным напитком. Бокал я поднимаю к небу. За тебя, Фрэнк, за тебя, Рик. За вас, ребята из нашей звездной команды. А отдельным пунктом – за этих четверых, которые никак не разберутся в своих сложных отношениях. За тебя, моя Лианка, за твою долгую счастливую жизнь в этом сложном, таком несовершенном мире, который, тем не менее, принял нас, подарив тепло любви и дружбы. Мир – это не социальные проблемы, не политика и не общественный строй. Мир – это люди, которые нас любят. За тебя, мой мир, моя любимая Юлька… Только наедине с собой я зову тебя так, только когда ты не слышишь, потому что ты бы не поняла. Ты не смогла вернуться, но осталась со мной.

Те, кто вспомнил, не спешили открывать остальным, что обрели себя. Потому что это очень больно – чувствовать себя неполноценным среди нормальных, и все они осознают это в глубине души. Что бы ни говорили, как бы ни клялись, что мы никогда не станем чужими друг другу... Я не хочу, чтобы ты закрылась от меня, как Кэти от Пашки, когда поняла, что он все помнит, а она – нет. И если ты не сможешь вспомнить – я тоже навсегда останусь для всех Тео. Ты не одна, мы всегда вместе.

Я молча выпиваю это вино, пропитанное звездным светом, наливаю второй бокал, и негромко говорю сам себе: «С днем рождения, Лоб!».


                                                                                                                                                                         (c) Allora 2005

   ваше мнение    

Ваше имя *:     Сообщать о комментариях
E-mail:     Не отображать e-mail
Город:      Запомнить меня
Введите код:    
Настроение:   Нейтральное   Восклицание   Вопрос   Здравая мысль   :)   Ох, посмешили   :(   Удивлен   Злой  
Комментарий *: 
Осталось символов
Поля: "Имя" и "Комментарий" обязательны для заполнения.


Подписаться на рассылку сайта

      

    комментарии   
просто прелесть!!!!! очень трогательно и вместе с тем расставляет все точки над i. спасибо автору!!!
добавлено 14 апреля 2008 г. в 09:07

Нейтральное  Allora
Вам спасибо. За то, что читаете и впечатлениями делитесь. Это важно для любого автора :)
правда, увы, точки не все...
добавлено 15 апреля 2008 г. в 23:19

Нейтральное  Туш
прочитал и много чего не понял.. наверное, нужно сначала прочитать "Попутный ветер" ?!
добавлено 08 сентября 2008 г. в 20:29

Нейтральное  Allora
2 Туш
Меня очень удивило словосочетание "много чего не понял". Вы должны были сказать "не понял _ничего_". :))) Да, это рассказ, который вообще-то является эпилогом Ветра. Просто написан был значительно позже.
Кстати, сразу предупреждаю: ПВ вообще не имеет отношения к космосу. Полеты среди звезд там всплывают всего пару-тройку раз...
добавлено 10 сентября 2008 г. в 07:51

Нейтральное  Туш
"много чего не понял" вылилось из экстраполяции данных, полученных отсюда. В процессе прочтения "Попутного ветра" выяснилось, что в целом я всё правильно прикинул.
Жаль, что Юля не вернулась. Как-то ее по человечески жалко.. И за что вы ее так?.. Насколько я понимаю, просто больше некого было, а кого-то нужно, ведь чудес не бывает.. да и Юля такая замечательная, что без "Юли" справится :) "Умная и романтичная", как Вы написали..
Спасибо!
добавлено 10 сентября 2008 г. в 15:09

Нейтральное  Allora
Эх. Должно было быть продолжение-окончание, еще после ПВ. Но почему-то не пошло дальше :( Я и в ПВ уже чувствую, насколько далеко ушла от оригинала. А дальше будет вообще левое произведение, как ни крути. А рассказ написался сам. Я его не планировала. И то, что Юлька осталась такой, было ключевым моментом. Без этого рассказ не имел бы смысла...
Спасибо :)
добавлено 10 сентября 2008 г. в 15:35

Нейтральное  Fatalkot (Москва)
Прочёл все три части. Сильное впечатление! И не заметил, что "мало фантастики", "мелодрама" и пр.. Может для критики нужно успокоится и прочесть ещё разок :).
Спасибо! :)
добавлено 20 июля 2009 г. в 15:24

Нейтральное  Allora
Fatalkot, вам спасибо.
Приятно, если вам и правда хочется перечитать, пусть и для критики ;)
добавлено 20 июля 2009 г. в 19:12

Прочитала,почти не отрываясь.Allora,вы пишите очень сильно,и именно поэтому было так обидно за Сашку...за Пашку.До последнего надеялась,что всё кончится по-другому.Пару раз даже плакала,честное слово)
У меня прямо перед глазами стояло,как он хмуриться или улыбается...
Спасибо вам.
добавлено 13 февраля 2010 г. в 14:19

Нейтральное  Allora
*уныло*
Кассиопея, самой обидно. Честное пионерское, я хотела продолжить, и все бы кончилось... не так. Однако не пошло. Ну, никак. Боюсь, окончание если и будет, то очень не скоро.
Я ж его реально очень люблю. И почему все закончилось на этом и дальше не получается, я не знаю :(
Спасибо за хорошие слова о том, как я пишу. Это мне очень важно...
добавлено 13 февраля 2010 г. в 23:47

Нейтральное  А. Симонов (Москва)
Надеюсь, что Юля вернётся...
добавлено 28 сентября 2010 г. в 21:35

Нейтральное  Валерий (Тольятти)
Очень хочется чтобы "вернулись" все!
Ведь это из детства! Хотя, конечно же не детства - мне уже было лет тринадцать. Я всех героев воспринимаю как своих друзей!
добавлено 15 октября 2011 г. в 02:15

Нейтральное  Chris_Kaszubowski (Кутно, Польша)
Валерий, они уже все вернулись - смотрите мой рассказ "Порыв сердца" :)
добавлено 11 июля 2012 г. в 01:15

Нейтрально堠Олег (Харьков)
Класс. Почему это считается фантастикой... Спасибо.
добавлено 13 октября 2013 г. в 00:01

Нейтрально堠Олег (Харьков)
---смотрите мой рассказ "Порыв сердца"
A gde on?
добавлено 13 октября 2013 г. в 00:10

Нейтральное  Allora
Олег, а что не так с фантастикой? :)
Порыв сердца - тут: http://otroki.druid.ru/razd/3/95.htm
добавлено 14 октября 2013 г. в 00:44


Главная | О фильме | Творчество | Разное | Ссылки | Форум

Copyright © 2007-2017 Otroki.DRUiD.RU