Москва - Кассиопея

Клуб любителей кинодилогии Ричарда Викторова
Отроки во вселенной


Форум   Поиск по сайту   Карта сайта   Напишите нам письмо  
Главная страница
Информация о дилогии
Творчество

Разнообразные материалы
Ссылки
Форум

RSS-лента сайта




Глава 4

Космодром «Байконур»
Резервный Центр Управления Полётами
1 мая 1976 года, 13:33

- Серёжа, как ты думаешь, что они сделают? – спросил Золотарёв.
Филатов бросил на него усталый взгляд.
- Не знаю, Саша. Я только надеюсь, что они всё-таки останутся на орбите.
Разговор с «Зарёй» оказался бурным. Экипаж пытался держать себя в руках, но было очевидно, что они, мягко говоря, взволнованы. Информация, переданная академиками Филатовым и Золотаревым – в том числе о проекте «Заря» - только усилила их беспокойство; в конце сеанса связи Середа попросил сутки на размышление, чтобы они могли спокойно разобраться во всём. На этом сеанс окончился.
- Мы им всё сказали, и теперь можем только ждать их решений. Вся наша надежда на И.О.О. Может быть, он сумеет их уговорить...
- Кстати, И.О.О. Кто это такой? – поинтересовался Золотарёв – Я не помню его, а ведь я в проекте почти с самого начала...
- Я в проекте тоже с самого начала, и тоже его не помню, – пожал плечами Филатов. – Какая разница, кто он и откуда пришёл? Ты сам видел, какие у него возможности. Может быть, он как-то связан с «Зарёй» в будущем, или с самой петлей? Я этого не знаю, и, правду говоря, не хочу узнавать. Зато знаю одно - если он не поможет, тогда не поможет никто. Кроме того...
Филатов оборвал себя. Золотарёв сидел молча, ожидая окончания.
- Кроме того, – закончил Филатов, – я ему доверяю. Не могу сказать, почему, я сам не знаю. Но я ему доверяю.
Золотарёв кивнул головой. Спустя мгновение он добавил.
- Несмотря на возможности И.О.О и наше к нему доверие, нам надо подумать, что делать дальше. Независимо от того, что решат они там, – он указал на потолок, – мы должны быть готовы.

Борт звездолёта «Заря», классная зала
6 мая 5 г.п.
10:42 по бортовому времени

- Дамы и господа, ваше положение – очень тяжелое, но не безвыходное. Надо только подумать спокойно, и мы вместе найдём этот выход, – сказал И.О.О.
- Самое интересное,  какой он будет, выход этот, – проворчал Павел. – И где вы были, когда мы решались на второй гиперпрыжок? Нам ваши советы были нужны тогда, а не теперь!
- Не нервничайте так, Павел Кондратьевич, – в голосе И.О.О. было полное спокойствие. – Поверьте мне: всё, что произошло, имеет свой смысл. И первый ваш прыжок, и второй... и даже присутствие в вашей команде Фёдора Николаевича.
Все невольно оглянулись на Лобанова, который сидел с полуоткрытым ртом и глядел на И.О.О. так, будто видел его первый раз в жизни. Виктор уже хотел спросить про особое значение присутствия Фёдора на борту, когда тот внезапно воскликнул:
- Это он! Это он уговорил меня, чтобы я спрятался в «Сюрпризе» во время старта «Зари»! Я наконец вспомнил, откуда я его знаю!
Понадобилось полчаса, чтобы Фёдор рассказал о том, как он попал на борт «Зари», и ещё несколько минут для ответов на все вопросы, которыми забросали его остальные ребята. Всё это время И.О.О. стоял у стены, таинственно улыбаясь.
- Значит, вы... вы всё знали? Вы знали, что произойдёт? – спросил наконец Виктор, подозрительно на него глядя.
- Не совсем так, Виктор Данилович, – сказал уклончиво И.О.О. – Можно сказать, что я делал всё, чтобы события происходили как следует, в правильной очерёдности. Я только подсказывал вам, каким путём нужно пойти.
- Ну вот и завели вы нас в самый тёмный угол, – заметила ехидно Варвара. И.О.О. не смутился.
- Дорогая Варвара Петровна, поверьте мне, это не так уж и страшно.
Он прохаживался по залу. Экипаж, сидящий за столами, сопровождал его тяжёлыми взглядами.
-  Во-первых, я приношу свои извинения за то, что я не говорил вам всего. Но поверьте мне, это было нужно. Надо было действовать так, чтобы вы завершили свою миссию и одновременно вернулись на Землю молодыми. Не спрашивайте, почему именно так, – он решительным жестом оборвал начинающиеся вопросы. – Я не могу сказать вам об этом. По долгу службы.
Все утихли. Они хорошо знали, что если И.О.О. сказал «по долгу службы» вместо ответа, ожидать дополнительной информации нет смысла.
- В результате второго прыжка вы должны были вернуться в 2059 году, то есть примерно через восемьдесят лет после старта, – продолжал И.О.О. – Увы, что-то пошло не так, и вы прыгнули не только через гиперпространство, но и немножко вернулись во времени.
- Немножко! – фыркнул Михаил, но И.О.О. остановил его взглядом. Катя успокаивающе пожала руку мужа.
- Во-вторых, как я уже сказал, ваше положение – не безнадёжное. Есть только одно условие – вы должны остаться тут, на орбите, и сотрудничать с академиком Филатовым. «Заря», которую строят на Земле, должна полететь к Кассиопее... с вами на борту. Точнее – с теми вами, которые сейчас живут на Земле и ещё ни о чём не знают. Короче говоря, всё должно произойти именно так, как вы помните.
- Голова кругом идёт, – пробормотала Юлька. Остальные были явно согласны с её мнением. Павел, который до сих пор молчал и смотрел на И.О.О. исподлобья, спросил язвительно:
- А что такого случится, если мы решим полететь отсюда куда-нибудь? Например, обратно к Кассиопее?
И.О.О. мило улыбнулся.
- Это просто, Павел Кондратьевич. Вы все исчезнете. Вместе с вашей «Зарёй».

Космодром «Байконур»
Резервный Центр Управления Полётами
1 мая 1976 года, 15:56

- Николай Кириллович, я представил вам факты. Поверьте мне, я сам не верил ни ушам, ни глазам. Но это правда. Кстати, если вы мне не верите - спросите Золотарёва. Он тут, на месте, и тоже всё видел и слышал.
Николай Кириллович Благовидов, главный конструктор проекта «Заря» пробормотал что-то гневно себе под нос. Филатов и Золотарёв терпеливо ждали, пока их коллега в далёкой Москве перестанет недоверчиво фыркать.
- Ну, ладно, – голос Благовидова в динамике прозвучал более спокойно, чем несколькими минутами раньше. – Ваши предложения?
- Прежде всего, мы должны узнать от них всё о двигателях и способе хранения антивещества, – начал Филатов. – Вы уже видели разработки этого мальчика, Виктора Середы. Мы сможем построить двигатели в течение примерно шестнадцати месяцев?
- Вы с ума сошли? – возмутился Благовидов. – Это невозможно! Это совсем новая технология, у нас нет опыта, инструментов, технологий... Мои инженеры впервые видят теории этого парня, они должны изучить их, понять, проверить... Речь идёт о безопасности людей! А ещё антивещество... Да нет, не выйдет, товарищи!
- А если у вас работал бы этот мальчик? Как член группы конструкторов?
- Почему бы и нет, может, мы сделаем его ещё и начальником КБ? – засопел Благовидов.
- Я спрашиваю серьёзно, Николай Кириллович, – продолжал спокойно Филатов. – И я уверен, что он смог бы вам помочь.
- Подтверждаю, – добавил Золотарёв, – я говорил с этим парнем. У него знание на академическом уровне. Это гений, можно сказать – космический Моцарт.
- Моцарт, говорите, – сказал ехидно Благовидов. – А я думаю, что нам нужен волшебник вместо этого Моцарта. Александр Львович, я даже верю вам, что этот молодой человек действительно гений. Но принципов физики это не меняет. И даже с его блестящей помощью мы не успеем сделать это в течение года...
Филатов и Золотарёв переглянулись.
- А если бы вы получили готовые и проверенные в деле двигатели, вместе с топливными баками?

Борт звездолёта «Заря», классная зала
6 мая 5 г.п.
12:08 по бортовому времени

Виктор встал, повернулся к друзьям. Он смотрел на них молча несколько секунд, стараясь привести в порядок собственные мысли.
- Да-с... И.О.О., спасибо вам за подробное описание как положения, в котором мы находимся, так и перспектив. По правде говоря, обсуждать всё это нет смысла, но я всё-таки хотел бы услышать ваше мнение, ребята. Павел, начинай.
- У меня нет сомнений, мы должны остаться, - первый пилот посмотрел на друзей, потом на И.О.О., который сидел неподвижно в уголке залы. - Только я не уверен, успеют ли они построить корабль. Но мы должны помочь им, это очевидно.
- Михаил?
- Согласен с Павлом. Насчёт возможного приземления – забудьте об этом. Никак не выйдет, даже с защитой включённой на всю катушку. Только капсулы, или пересадка на «Союзы».
- Варвара?
- Говорить не о чем, – пожала плечами Варя. – Мы остаёмся.
- Юля?
- Я остаюсь, хотя... Хотелось бы туда, на Землю...
- Мы ещё вернёмся туда, Юль, не плачь. Катерина?
- Согласна, надо остаться, – Катя едва заметным жестом смахнула слёзу.
- Фёдор?
- Конечно, я за то, чтобы мы остались, - ответил тот и встал. - И ещё – я извиняюсь, друзья, за все проблемы, которые я...
Его оборвал хор возмущённых протестов.
- Лоб, да успокойся ты, – сказал Павел, когда ребята наконец утихли. – Мы все знали о риске, мы решили, и мы сделали. И давай больше говорить об этом не будем.
Фёдор сел, покраснев до рыжей шевелюры. Юлька обняла его и нежно поцеловала.
- Ну что ж, мы договорились, – подытожил Виктор, улыбаясь. – Хотя, правда, выбора у нас особого вообще нет. И.О.О., вы хотите добавить что-нибудь?
И.О.О. кивнул.
- Только один вопрос, Виктор Данилович, – сказал он. – Сколько времени займёт у вас демонтаж аннигиляционных двигателей и топливных баков?
Все уставились на него. Минуту спустя Виктор спросил осторожно:
- Вы шутите, правда?

Глава 5

Дни и месяцы, которые наступили потом, казались одним большим авралом. Все работали без передышки – как экипаж на орбите, так и группа проекта на Земле. Конечно, ребятам на орбите было тяжелее. Первые три месяца у них почти не было выходных. К счастью, Варя с Юлей позаботились, чтобы они все хотя бы спали и ели регулярно. Земля с первым транспортом послала им настоящие сокровища – свежие фрукты, овощи, мясо... После нескольких лет «космической» еды всё это было как праздник для живота.
Виктор с Михаилом присутствовали почти постоянно на многих совещаниях, во время которых поясняли всё, что было нужно земной группе, особенно вопросы, связанные с двигателями и хранением антивещества. Кроме того они поясняли документацию и передавали примечания, связанные с полётом.
Девушки дежурили в рубке и время от времени помогали Павлу и Фёдору, которые работали в доках на загрузке «Союзов», использованных как транспортные челноки. Земля требовала документации и много «образцов». К счастью, Благовидов решил, что достаточно будет демонтировать только аннигиляционные двигатели. После вступления Середы-младшего в КБ проблема хранения антивещества была решена в течение двух месяцев - и баки с топливом остались на корабле.
На время демонтажа аннигиляционных двигателей «Заря» покинула гэостационарную орбиту. Из Байконура были посланы два корабли «Протон-К» с прототипами посадочных модулей, которые тестировали в Байконуре. Весь экипаж трудился три недели, прежде чем ценный груз полетел на Землю. К счастью, «Заря» состояла из модулей, и двигатели были одним из них. Поэтому демонтаж оказался относительно простым.
Во время работы в открытом пространстве они могли восхищаться парящей над ними Землёй. Но этот вид нагонял грусть и тоску. Дом казался близким – вот, рукой подать. Но одновременно он был так далеко...
В последний день, после окончания работы, когда они переодевались в скаф-боксах, девушки внезапно расплакались и успокоить их долго не могли. У парней тоже были слёзы на глазах. В результате после возвращения на гэостационарную они устроили себе небольшие выходные – три дня в «Сюпризе». Чтобы только не видеть в иллюминаторах зелёно-голубого шара...
Филатову тоже было нелегко. Неожиданное ускорение проекта доставило ему массу новых забот. Надо было сделать новый график работ, ускорить постройку, организовать набор и тренировку экипажа, и самое важное – удержать всё в тайне. 
Филатов сам иногда удивлялся, как ему всё это удалось, особенно с сохранением тайны. Конечно, он был вынужден сказать, что на орбите что-то находится, но большинство сотрудников проекта было уверено, что это космическая станция-лаборатория для изучения проблем с двигателями и антивеществом. Как ни странно, никто даже не спрашивал, откуда она там взялась, и кто именно там работает. Всю правду знал только узкий круг посвящённых – Филатов, Золотарёв, Благовидов, Огонь-Дугановский и несколько других. И это они держали прямую связь с остающимся на орбите кораблём.
Самым тяжёлым было общение с двумя «версиями» экипажа. К счастью, большинство проблем связанных с набором «младших» взял на себя И.О.О. Кроме того, он появлялся везде, где дела заходили в тупик, и почти незаметно помогал решать проблемы. Как ни странно, никто не удивлялся присутствию этого мужчины в тёмно-синем костюме, даже если тот появлялся внезапно. Филатов начинал верить, что всё идёт согласно графику только благодаря непонятному влиянию И.О.О.
Но однажды даже И.О.О. не успел...

Космодром «Байконур», кабинет академика Филатова
17 августа 1976 года, 14:15

- Сергей Сергеевич, у нас есть серьёзная проблема, – посередине кабинета появился И.О.О. Он подошёл к столу Филатова и тяжело сел в кресло напротив.
- Ну, если уж вы говорите о проблеме, я даже спрашивать боюсь, в чём дело, – сказал Филатов, отодвигаясь от стола. – Что случилось?
- В состав экипажа попала Лена Кашкина, – ответил И.О.О. – У неё отличные результаты тестов, и есть согласие семьи. Екатерина Панфёрова есть только в запасном списке. Я слишком поздно заметил, извините. Я могу исправить это, но...
- Но? – подсказал Филатов. – Ведь тут нет никаких сомнений, это надо изменить.
- Если я сделаю это, двое из них пострадают. Но, с другой стороны, двое будут очень счастливы. – И.О.О. вздохнул. – Так или иначе, тяжёлый выбор.
- У нас нет лёгких выборов и решений, И.О.О., – сказал Филатов. Он встал и подошёл к окну. Поблизости площадки номер 8 был виден огромный ангар, в котором уже находилась «Заря», всё ещё в горизонтальном положении. Одновременно та же «Заря» находилась над его головой, на высокой орбите. От мыслей об этом голова шла кругом.
- У нас нет выбора, – повторил академик, не поворачиваясь. – Екатерина Панфёрова должна присоединиться к экипажу в течение недели. И надо придумать что-то насчёт Лобанова. Его нет даже в запасном списке, и вообще он...
- Лобанов - это отдельная тема, – оборвал его решительно И.О.О. – Он найдётся на борту «Зари» в своё время, поверьте мне. А что касается Лены Кашкиной... Прошу вас сказать на следующем совещании, что её бабушка отменила своё согласие. Вы знаете – нужно согласие всей семьи. И тогда я представлю вам кандидатуру Екатерины Сергеевны Панфёровой.
Он встал, пошёл к выходу и остановился у двери.
- Больше проблем с набором экипажа не будет, Сергей Сергеевич.

Космодром «Байконур», кабинет академика Филатова
23 августа 1976 года, 14:15

- Как вы это сделали? – спросил Филатов. И.О.О. поднял невинно руки.
- По долгу службы.
Филатов уже знал, что этот ответ означает «И больше не спрашивай». Он кивнул и сменил тему.
- Как самочувствие экипажа... старшего?
- Ну что ж, – пожал плечами И.О.О. – Они всё уже передали, всё пояснили... Теперь они ждут. Большую часть времени они проводят в «Сюрпризе» - потому что не хотят постоянно смотреть на Землю. Пока они не нервничают, держат вахты согласно с графиком, делают регулярно профилактику... Но они тоже говорят, что вы прекратили общаться с ними. Как вы, так и остальные. Сергей Сергеевич, им это нужно. Они нуждаются в вашей поддержке.
- Вы думаете, я не понимаю? – спросил горько Филатов – Но... Вы не знаете, как это тяжело... обсуждать дела с Середой в КБ, а получасом позже разговаривать с тем же Середой, командиром корабля. Разрабатывать научную программу будущего полёта с Кутейщиковой, Панфёровой и Сорокиной – и знать, что его результаты вон там, над головой. Смотреть, как Копаныгин с Козелковым изучают параметры полёта – и думать, что ведь они уже вернулись... Вы не знаете, как тяжело... как тяжело держать себя в руках, чтобы не спросить их, как было там....
Он подпёр голову рукой, устало глядя на И.О.О. Тот сидел неподвижно, антрацитовые глаза смотрели в упор на академика.
Его глаза кого-то напоминают, подумал Филатов. Хотел сказать об этом, но как ни странно, эта мысль быстро вылетела из головы. Вместо этого он спросил:
- А вы не можете... не можете поддержать их?
И.О.О. улыбнулся, немного грустно.
- Они перестали доверять мне. Кроме того... вы ведь знаете, я не человек. По крайней мере, не такой, как вы. Они знают об этом.
Он умолк. Филатов терпеливо ждал. Наконец И.О.О. поднял голову и добавил:
- Короче говоря, они пока спокойны, но начинают опасаться того, что будет дальше. Они опасаются за... своё будущее.
Филатов вдруг понял. Он порывисто встал, через мгновение не был в силах произнести ни слова.
- Они думают, что мы... что мы могли бы... что мы... но ведь мы никогда...
От волнения он не мог закончить. Его руки дрожали.
- Тогда скажите им это, Сергей Сергеевич, – сказал спокойно И.О.О. – Кстати, у меня есть идея, куда послать «старую Зарю», после отлёта «новой». Но надо поддержать дух и хорошее самочувствие экипажа. Помогите нам, пожалуйста.
Филатов сел на своё место. Он уже успокоился.
- Хорошо, И.О.О. Мы поможем. Скажите только... вы тоже думали, что мы...
И.О.О. улыбнулся, его чёрные глаза загадочно блеснули.
- Нет, Сергей Сергеевич, – ответил он. – Я так не думал. Я слишком хорошо знаю вас.
Филатов хотел спросить, откуда И.О.О. знает его, но тот ответил, предупреждая вопрос.
- По долгу службы.

Глава 6

Борт звездолёта «Заря», жилой отсек, коридор
19 июня 1977 года,
16:15 по бортовому времени

Павел стоял в коридоре и задумчиво смотрел на Землю. Зелёно-голубой шар окутывали перья облаков, но над Европой было чистое небо. Он настолько задумался, что не услышал тихих шагов и вздрогнул, ощутив лёгкое прикосновение к плечу.
- Снова наслаждаешься видом в одиночку? - Виктор пробовал пошутить, но Павел не улыбнулся.
- Мы там сейчас гуляем по пригоркам под Калугой, – ответил он. – Последний день на Земле, выходной... А она... Она совсем одинока. И она не понимает, почему мы летим послезавтра утром, а она остаётся. А я вот здесь, рукой подать, и не могу ничего сказать ей... не могу ей помочь...
- Паш, это уже случилось, в нашем прошлом, – сказал тихо Виктор. – Мы ничего не можем сделать. И это не твоя вина. Тут никто не виноват. Даже её бабушка. Она имела право не соглашаться…
- Ты в этом уверен?! – Павел повысил голос. – А мне кажется, что мы с самого начала были только пешками в игре И.О.О. Ты вспомни, как мы его встретили первый раз, в Москве. Откуда он знал, что мы там? И почему никто не удивлялся, когда он появлялся на совещаниях, тренировках, парах? Он всегда был с нами! Это он решал всё, не Филатов! И это он решил судьбу Лены... и мою. Он решил нашу жизнь, Вить. Кажется, намного раньше, чем мы вообще подумали о космосе.
Он повернулся к другу. Виктор невольно вздрогнул – в глазах Павла он увидел нечто странное.
- Я думал об этом весь год, и... и я хочу вернуться туда, Виктор. Когда «Заря» полетит, петля закроется. Я хочу вернуться к ней, сказать ей, что я...
- Ты не можешь вернуться, Паш,– из-за поворота коридора вышел Фёдор и подошёл к ним. Было ясно, что он стоял там некоторое время.
- Ты подслушивал, – не то спросил, не то констатировал Павел.
- Ты орал так, что было слышно даже в доках, – ответил уклончиво Фёдор. – Кстати, ты думаешь, что я не знаю, почему ты приходишь сюда всё это время?
Павел не ответил. Фёдор с минуту смотрел на Землю, потом повернулся к нему и положил руку ему на плечо.
- Паш, никто из нас не может вернуться, по крайней мере, не теперь, – сказал он мягко, но решительно. – Ты знаешь, аномалия не закроется послезавтра. Она закроется только, когда мы вылетим оттуда – и вернёмся согласно плану.
- Кто это тебе подсказал? И.О.О.? И ты ему поверил? – спросил Павел ехидно. – Эх, Лоб... Ведь он и тебя завтра обманет, там внизу...
- Мне это подсказала железная логика фактов, первый пилот, –  Фёдор вообще не смутился. – В отличие от тебя, и вообще вас всех, я сумел сложить факты. И я, кстати, вам удивляюсь.
Он убрал руку с плеча Павла и сделал шаг в сторону, будто хотел уйти, но остановился и вдруг повысил голос:
- Вы не подумали, что у И.О.О. тоже не было выбора? Не подумали, что он всё это время хранит нас и делает всё, чтобы мы счастливо вернулись домой? Вы всё ещё не поняли, что это не игра, это - тяжёлая работа, которая нужна для того, чтобы сохранить статус-кво нашего мира? Земли?
Он умолк. Павел и Виктор удивлённо смотрели на него. Фёдор покачал головой, и наконец улыбнулся.



Страницы: [ 1 ][ 2 ][ 3 ][ 4 ]

Главная | О фильме | Творчество | Разное | Ссылки | Форум

Copyright © 2007-2020 Otroki.DRUiD.RU