Москва - Кассиопея

Клуб любителей кинодилогии Ричарда Викторова
Отроки во вселенной


Форум   Поиск по сайту   Карта сайта   Напишите нам письмо  
Главная страница
Информация о дилогии
Творчество

Разнообразные материалы
Ссылки
Форум

RSS-лента сайта




 
На краю дороги

Этот рассказ завершает оборванную мной историю так, как я сама бы ее завершила, при некоторых расхождениях в деталях. Это тот самый финал, который я не смогла написать в свое время. Надеюсь, те читатели, кто еще ждет окончания эпопеи «Дороги» и «Ветра», будут довольны таким завершением.
 Allora
 
 
Несколько слов об авторских правах
Рассказ вдохновлен романами "А впереди дорога так длинна", "Попутный ветер" и рассказом "Звездный юбилей" авторства Аллоры. Эти работы были опубликованы на https://otroki.druid.ru и вдохновлены кинодилогией "Москва-Кассиопея" - "Отроки во Вселенной».
 
Права на имена персонажей: Виктора Середы, Вари Кутейщиковой, Павла Козелкова, Юлии Сорокиной, Федора Лобанова, Кати Панферовой, Михаила Копаныгинa, замысла корабля "Заря" а также сюжета кинодилогии "Москва-Кассиопея" - "Отроки во Вселенной» принадлежат А. Заку, И. Кузнецову, Р. Викторову и коллегам.
 
Права на имена героев: Лиэлл Гор Матиэллт, Матиэллт Гор Эллон, Геллиот Гор Павел, Пола Коулза, Виктора Селдона, Барбары Кейс, Кэти Пифит, Майкла Коллтейка, Джули Лорейн, Теодора Челлта а также второстепенных персонажей романами "А впереди дорога так длинна", "Попутный ветер" и рассказом "Звездный юбилей", а также замысла фабулы упомянутых выше работ принадлежат Аллоре.
 
Права на другие имена и понятия принадлежат автору рассказа.
 
Несколько слов от автора
Это второй – по очереди написания - рассказ, написанное под вдохновением от прочтения романов Аллоры. Для меня было трудно согласиться с тем, что пути Павла и Лиэлл так драматично запутались и в результате - разошлись. Рассказ "Звездный юбилей", который является своего рода жизненным резюме Федора Лобанова, открыл некую лазейку в этой сюжетной линии... Собственно, две - потому что и судьбы Кати и Михаила также при случае запутались.
Я воспользовался этими лазейками. В моем видении их судеб Павел вернулся к Лиэлл, хотя и не без драматичных переживаний.
Так же сошлись и пути Кати с Михаилом. Четыре человека, две пары любящих без памяти нашли свое счастье, которое казалось безвозвратно утерянным...
Некоторые, наверняка сочтут это наивностью. Что поделаешь.
Лучше быть наивным, чем горьким.

Благодарность:
Аллоре – за вдохновение, Соэллу и терпеливое отношение к моим длинным письмам :)
Михаилу Холодковскому - за отличный перевод этого и следующих моих текстов


***

Вид внизу притягивал взгляд. Изумрудный шар, на две трети освещенный
своей звездой, выглядел, как драгоценность, лежащая на темно-синем бархате, усеянном бриллиантиками далеких звезд. На темной стороне были видны миниатюрные подрагивающие сети огней - города и дороги между ними. На освещенной стороне облака рисовали сложную картину, из-под которой показывалась береговая линия основного континента планеты.
Стоявший перед огромным иллюминатором высокий, плечистый мужчина в задумчивости смотрел на планету, висящую в пространстве, растущую с каждой четвертью часа. Соэлла. Третья планета Алькора в созвездии Большой Медведицы. Или третья планета Сулоны, если придерживаться соэллианской терминологии.
Минуту назад коммуникаторы оповестили, что высадка произойдет через шесть часов, и что в месте посадки стоит прекрасная погода, которая должна продлиться следующие пять дней.
Должна, - подумал он. - Если только по случаю моего приезда не разразится гроза с молниями и торнадо в придачу. В конце концов, я добрался сюда в первый раз за триста лет. Надеюсь, не в последний.
- Нан'даэлл'эллеан Павел - послышался позади низкий голос.
Павел повернулся и встретился с пристальным взглядом голубых глаз в обрамлении необычно длинных золотистых ресниц.
- Ты мог бы пропустить этот дворянский титул, - буркнул он на эллане. - Что, очень трудно сказать просто "папа"? И короче, и проще, и приятнее. Можно сказать, три в одном.
Он отошел от иллюминатора и сел в ближайшее кресло, чтобы не выпускать из вида растущий шар планеты. Гео через минуту сел рядом с ним, не отводя внимательного взгляда.
- Ты боишься? - спросил он.
Павел ответил не сразу. Он пробежал глазами по уже хорошо видной береговой линии, как будто искал что-то. Спустя некоторое время заметил четкую, яркую точку, становящуюся все более заметной в косых лучах Сулоны.
- Чертовски, - признался он в конце концов. - Поверь, я бы предпочел через минуту оказаться лицом к лицу со шкасстом, чем через шесть часов там, - он показал взглядом на "что-то" на поверхности планеты.
- Ты преувеличиваешь, - сказал Гео, переходя с эллана на русский, - и сильно. Но ты сам виноват, - добавил он. Павел удивленно приподнял брови, и Гео пояснил: - Я не имею в виду Катю. Я имею в виду, что ты не позволил мне предупредить маму о твоем возвращении. У нее было бы время подготовиться...
- У нее было бы время сбежать, - бесцеремонно перебил Павел. - Ты не был свидетелем нашего последнего разговора. Только благодаря внезапности у меня есть шанс, - нет, извини, тень шанса - что она вообще захочет меня выслушать. На то, что она захочет вернуться ко мне, по правде говоря, я не рассчитываю.
- Папа, - тихо сказал Гео, - по-моему, ты слишком плохо знаешь маму...
- А, да, - отозвался Павел, чувствуя, что внутри поднимается неуместный гнев, - в самом деле, когда мне было ее узнать? Меньше года на "Заре" - потом двенадцать лет без нее. Четыре года на Земле - и еще один перерыв в биографии, на этот раз в буквальном смысле, на три века с гаком. Что с того, что для меня это было всего несколько лет? Слишком поздно я нашел ее, и она... И она тоже потерялась. А теперь она может быть, с... ним...
Он не смог закончить. В горле рос колючий шар, перед глазами поплыли красные пятна. Гео успокаивающе положил руку ему на плечо.
- Я не в этом смысле, - так же тихо сказал он. - Я хотел сказать, что ты не знаешь ее постоянства в привязанностях. Она может этого не показывать, но пока ты жив, она это чувствует, и не может полюбить другого. Как ты думаешь, почему эти триста лет она ждала тебя, хотя легко могла встретить человека, похожего на, так сказать, "образец"?
Павел медленно успокаивался. Тихий голос сына действовал успокаивающе, и в то же время немного напоминал ...
Ее голос?
- У нее были друзья, даже поклонники. В свое время одним из них был Фрэнк, который, как ты знаешь, работал с ней в течение полувека. И что же? Ничего. Хотя я сам ей говорил, что она должна жить, что должна, наконец, познакомиться с кем-то. Она слушала меня, но в ее глазах я видел, что с равным успехом я мог играть на трубе.
Павел посмотрел на сына недоверчиво.
- Но теперь при ней Мишка...
- Именно - при ней. Хорошо соображаешь, - на этот раз Гео прервал его, так же бесцеремонно. - При ней, то есть - не с ней. Ты забываешь, что, в отличие от тебя, я навещал мать несколько раз после ее отлета с Земли. У меня есть разум и глаза, которые не ослепляет ревность. Я знаю, что видел, и говорю тебе - она не любит Михаила. Они друзья, вот и все. Я скажу тебе кое-что еще - хорошо, что он при ней. Благодаря этому Лиэлл живет на Соэлле и не летает с одного конца галактики на другой. Михаил просто охраняет ее. А мама все еще любит тебя без памяти.
Павел по-прежнему сидел, насупившись.
- Но как она меня примет? Я возвращаюсь к ней, потому что меня бросила женщина, которая обрела самобытность и поняла, что я действительно люблю другую? Кроме того, возвращаюсь не сразу, а через шесть лет? Это же чистая мелодрама!
Гео уже нетерпеливо снял руку с его плеча и поднялся с кресла.
- Я не знаю как она тебя примет. Но думаю, что мы не узнаем этого, если ты струсишь. Чем ты рискуешь? Тем, что Лиэлл со злости разобьет несколько старых ваз, стоящих в Большой Зале? Ты сражался на арене, у тебя неплохие рефлексы, так что попасть в тебя у нее нет шансов. Ты - ходячая легенда, один из старейших действующих космонавтов Земного Содружества. Ты много раз рисковал жизнью, как рассказывали Виктор и Тео. И ты боишься встретиться с собственной женой?
Он повернулся и вышел энергичным шагом, явно злясь на отца. Тот проводил его задумчивым взглядом. Потом он перевел взгляд на планету, уже на две трети заполнившую огромный иллюминатор.
- Скоро увидимся, моя дорогая, - сказал он тихо, грустно улыбаясь.
 
***
 
Планетарный челнок высадил их на небольшой взлетно-посадочной полосе над самым берегом океана. Изумрудно-зеленая водная бесконечность наполнила сердце Павла странным чувством. Он вдруг вспомнил другое море и золотистый пляж под заходящим солнцем. И теплое плечо рядом.
Греция. Маленький городок и белый коттедж. Танец на пляже. Долгая ночь на двоих, под звездами.
Боже, как это было давно...
- Идем, папа. Они ждут нас. - Гео нетерпеливо махнул ему рукой, стоя уже на желтой дороге, ведущей в город.
- Как это - нас? - встревожился Павел - Но ведь...
- О Зевс, что за трус! Я не говорил, что это ты, просто они знают, что кто-то сопровождает меня. Это, в общем, нормально, потому что по последней идее Матти, благородный наследник не может летать по галактике один, - добавил Гео немного иронично. К обязательному этикету он относился так же, как его мать. - Кроме того, с нами прилетел Сергей, ты забыл уже?
Как по команде, Сергей появился в дверях челнока, вместе с женой.
- Не ждите нас, я должен проследить за выгрузкой образцов, а кроме того, я хочу показать Лори город. Увидимся после... Потом, - последнее слово он пробормотал еле слышно.
- Еще один трус, - прокомментировал Гео.
- Что? - Сергей изобразил удивление.
Гео только устало махнул рукой и пошел в направлении города.
Павел вздохнул, поправил сумку на плече, взял в руку вторую и пошел за сыном. В голове был сумбур, а перед глазами - хорошенькое личико жены. Он потащился за Гео с неотвязным впечатлением, что дорога, по которой они идут, намазана клеем.
Город приближался, и Павел вспоминал, как он увидел его в первый раз -
в проекции, которую им показала Лиэлл, еще на борту "Зари". Путаница в голове
несколько уменьшилась, позволяя ему заметить, что за это время мало что изменилось. На самом деле, ничего не изменилось, только деревья и кустарники. Странно, но в эту минуту он точно помнил каждую деталь из того миража.
Ну и шутки у меня с памятью, - подумал он. Страх, по-видимому, может творить чудеса. Жаль, что после возвращения со Сьенны, он так не боялся. Это сняло бы много проблем ...
- Ты хорошо себя чувствуешь? - озабоченно спросил Гео, который иногда поглядывал на него через плечо. - Если что, мы можем передохнуть...
- И что это даст? - ответил Павел немного раздраженно. - Если уж получить по роже, то лучше сразу.
Гео только покачал головой, усмехнувшись под нос. Они были уже у городских стен, в отдалении маячило огромное, словно освещенное изнутри здание - Хрустальный Дом.
- Ну, ускорим шаг, и с плеч долой. Когда уже все закончится, приглашу тебя в одно классное кафе на холостяцкий вечерок, - подмигнул ему лукаво Гео.
- Или на прощальный прием - буркнул Павел, не разделяя оптимизм сына. Однако он пошел быстрее, так что отдаляющее их от Дома расстояние они преодолели за несколько минут.
- Уф, - выдохнул Гео, восстанавливая дыхание у дверей. - Я не говорил о таком уж ускорении.
 
***
 
Перед дверями Большой Залы они на мгновение остановились. Павлу казалось, что сердце готово выскочить через горло. Гео тоже немного нервничал.
- Ну ладно, входим. Пожалуйста, объявите, - сказал он высокому соэллианину, по-видимому, выполняющему роль церемонимейстера. Тот поднес к губам браслет.
- Даэлл'эллеан *) Геллиот Гор Павел к Правителю империи и Первой Даме!
- Нан'даэлл'эллеан Павел Гор Матиэллт **) к Правителю империи и Первой Даме!
Двери открылись, на удивление тихо, глазам Павла предстала внутренность Большой Залы Хрустального Дома.
 
Нереально высокий, похожий на готический, потолок. Драпированные мягкой материей стены. Огромный стол в центре. Большое окно с видом на океан.
И несколько силуэтов на фоне окна. Трудно распознавать лица, Сулона уже склонилась над океаном, наполняя комнату мягким светом. Но один из силуэтов, так болезненно застывший в неподвижности, не спутаешь ни с чьим другим. Эти сплетенные руки. Этот легкий наклон вперед.
Эта растерянность.
- Пожалуйста, входите, – Правитель Соэллы, Матиэллт Гор Эллон, наконец решился прервать тишину, которая наступила после объявления титулов и имен гостей - Признаться, я приятно удивлен, эллеан Павел.
Задвигались и другие. Павел узнал среди них Мишку Копаныгина. Тот без колебаний подошел к нему и обнял изо всех сил.
- Привет, старик, - тихо сказал он ему на ухо, - наконец-то приехал. А где Катя? Предпочла остаться на Земле?
- Потом объясню, – прошептал Павел, не спуская глаз с Лиэлл, которая до сих пор неподвижно стояла у окна. Он высвободился из объятий друга и направился к ней. Он не видел Матиэллтa, который тоже хотел приветствовать его, не слышал немного удивленного хмыкания Гео - не видел и не слышал ничего и никого. Кроме нее.
Лиэлл пристально смотрела на него, как будто не узнавая. Этот взгляд пронизывал его насквозь - казалось, они оба стояли на арене, и все вокруг ждали только гонга. Он встал перед ней, в каких-то пяти шагах.
- Здравствуй, Ли, - тихо сказал он.
Лиэлл не отвела взгляд, не проронила ни слова. Ее глаза вдруг потемнели, как небо перед грозой. Сзади донесся голос Матиэллта:
- Может быть, вы хотели бы поговорить. Мы оставим вас наедине...
- Зачем? – наконец заговорила Лиэлл на эллане, голос ее звучал странно. – Мне нечего скрывать. Сказать, по правде говоря, я могу тоже не слишком много.
Павел почувствовал, что ноги стали странно ватными.
- Я предлагаю присесть, нет необходимости так стоять, - сказал примирительно Гео, в ответ на довольно отчаянный взгляд Матиэллтa.
Удивительно, но Лиэлл повиновалась, подошла к столу быстрым шагом, и села на большом расстоянии от Павла. Остальные присутствующие с энтузиазмом воспользовались приглашением, не исключая Павла, который в этот момент в душе благодарил Гео за предложение. Ног он почти не чувствовал.
Тем не менее, напряжение в Зале не уменьшилось ни на йоту.
- Слушаем, эллеан Павел - сказала Лиэлл, все тем же жестким голосом - По какому делу ты прибыл, после столь долгого отсутствия?
 
***
 
- Что ты, собственно, подумал??!!!
Вопрос отразился громким эхом от потолка залы. Присутствовавшим показалось, что его слышит весь город.
- Прилетаешь сюда, спустя несколько лет, оставив на Земле женщину, которая тебя любит? Может быть, ты хочешь сказать мне, что вновь обрел ВСЮ память и, наконец, убедился, что мы действительно созданы друг для друга?
- Кэти... - попытался остановить ее Павел.
- Что «Кэти»?! Ты уже забыл, о чем мы говорили, сидя на этом проклятом обрыве? Ты забыл, почему мы оба отказались от нашего собственного счастья ?! Ты забыл, почему... – она задохнулась на мгновение, – почему я сама согласилась, чтобы ты был с ней? Ты забыл, почему сам тогда признал, что я права, несмотря на... несмотря на то, что ты уже знал... кто я... для тебя? И сколько ты значишь... для меня?!
- Лиэлл, позволь...
- Нет, не позволю! - в грозовых глазах Лиэлл засверкали серебряные искры.
Матиэллт беспокойно пошевелился.
- Не позволю, мой милый. Надо сдержать слово, нельзя оставлять того, кто нуждается в тебе. Павел, которого я знала, с которым я прощалась тогда, на Земле, был другим... Возвращайся к своей второй жене, пусть хотя бы она будет счастлива. 
В Павле вдруг начал закипать гнев. Не на Лиэлл, нет, - но на бездушную судьбу, которая его преследовала. Он попытался совладать с собой, методом, которому в свое время научил его Михаил. Помогло. Он подождал минуту, пока серебристый блеск исчез из глаз его жены.
- Кэти, - сказал тихо - Кэти Пэффит снова Катя Панферова-Копаныгина. Помог ей, совершенно случайно, Тео. В тот же день, когда она вспомнила, она разорвала наше разрешения на брак и улетела в Австралию. Это случилось почти шесть лет назад. Она просила вам не сообщать, я не знаю, почему. Но я не хочу больше молчать.
Тишина, которое наступила после этих слов, была почти осязаемой. Павел не сводил глаз с Лиэлл. В ее глазах, снова голубых, мерцало что-то загадочное.
- Я должна считать, что это что-то меняет? - отозвалась она спустя долгую минуту. Она встала, ее глаза снова потемнели, лицо застыло каменной маской – Это все напрасно, Паша. Слишком много времени прошло, слишком долго я ждала. Я не смогу уже...
Она вдруг остановилась, подойдя чуть ближе. Павел почувствовал, что Зала странно заколыхалась. Два глубоких вдоха. Колыхание прекратилось.
- Будет лучше, если ты уйдешь. Немедленно. Я не хочу тебя больше видеть, – закончила она пронизывающим шепотом по-русски.
Ее силуэт странно смазался. Павел несколько раз моргнул, ничего не помогало - он перестал четко видеть. Он помотал головой – на его руку упало что-то теплое.
Слеза.
Что происходит, черт возьми? Последний раз я плакал...
Триста с лишним лет назад. На "Заре", перед ее отлетом на Соэллу.
Вдруг он опять почувствовал гнев. Он все еще плохо видел, но знал, где выход.
Хорошо. Если не хочешь, милая... Ладно, я пойду. Пусть будет так. Теперь нужно вставать. Хорошо. Теперь повернуться. Неплохо получается. Этот нечеткий прямоугольник в тысяче километров вдали - это, вероятно дверь. Переставить ноги.
Раз. Два. Три.
Он не видел, как за его спиной каменное лицо Лиэлл вдруг исказилось в детскую гримасу. Он не мог видеть крупных слез, стекающих в пряди золотистых волос.
Четыре. Пять. Эти проклятые двери все дальше. Вокруг тишина, до звона в ушах.
- Нан’даэлл’еллеан Павел Гор Матиэллт! - голос, словно с того света.
Ну и значение они тут приписывают титулам. Оставь меня в покое, парень. Я просто хочу пройти через эту дверь.
- Эллеан Павел!!! - короче, но громче, со странной интонацией. Очень... повелительно. Он почувствовал знакомое щекочущее прикосновение к сознанию, которое заставило его остановиться и повернуться. Мимоходом он удивился, отметив, что отошел всего на какие-то три шага от стола. Ему казалось, что он шел целый день.
- Эллеан Павел, прошу остаться, - сказал Матиэллт, все тем же, странно
звучащим тоном - Ты - Нан’даэлл’эллеан, член Правящего Дома Соэллы. Ты должен слушать меня без замечаний, в определенных ситуациях. А это - именно такая ситуация.
- Матти! - прорезал воздух крик Лиэлл. - Не смей...
- Элиана Лиэлл! - Матиэллт, как выяснилось, тоже мог поднять голос – Тебя касаются те же обязанности, что и эллеана Павла, так, черт побери, замолчи и выслушай мое мнение! Я не говорил до этого момента, потому что мне казалось, что вы сами поладите, но больше я не буду смотреть, как ты снова собираешься бросаться в пропасть! Действительно, сестренка, - добавил он тише, - я думал, что ты немного умнее. Умнее... чем я, например. Пожалуйста, докажи мне, что я не ошибаюсь.
В Зале снова наступила тишина. Павел смотрел на Лиэлл, Лиэлл смотрела на Павла. Их отделяло несколько шагов, но они с трудом видели друг друга, из-за слез, буквально льющихся из их глаз.
- Извините, но с меня достаточно.
Михаил поднялся со своего места, опираясь кулаками о стол. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах горел чистейший огонь.
- С меня этого достаточно, выше крыши. Я не могу смотреть на вас, двое идиотов. У меня нет времени выслушивать ваши ссоры, я не хочу снова складывать вам жизнь. Я вас обоих считал разумными - но, видимо, иногда я ошибаюсь. Матти, будь любезен договориться о моем вылете на Землю, как можно скорее. Я должен вернуться к жене. Я чувствую, что она меня ждет, и не хотел бы, чтобы она ждала слишком долго. Я соберусь за несколько часов.
Не дожидаясь реакции присутствующих, он повернулся на каблуках и быстро вышел. Гео, чувствуя, что выглядит глупо с отвисшей челюстью, обратился к не менее ошеломленному Правителю:
- Матти, есть несколько важных вопросов для обсуждения. Я не мог передать это по обычным каналам, это слишком серьезно. Мы можем это обсудить? Полагаю, остальным тоже есть, чем заняться.
Матиэллт и остальные быстро поняли намек, и через несколько секунд в Большой Зале остались только Лиэлл и Павел.
Это произошло внезапно – спустя миг они стояли, глядя друг на друга остекленелым взглядом, спустя еще один - она была уже в его объятиях. Ее рука на его плече, его ладонь - в ее волосах. Ее щека у его щеки. Поцелуи, выжимающие последний вздох. Соленый вкус слез. Теплое дыхание у лица. И шепот, такие чувственный, такой бессмысленный.
- Прости меня, Ли. Единственная моя. Ли. Я люблю тебя, солнце мое.
- Ты тоже меня прости. Я не отпущу тебя больше. Ни за что, никогда, никуда. Ты мой, только мой. Возлюбленный, милый мой.
 
***
 
- Как дети. Как большие дети! - Матиэллт покачал головой, глядя из окна своего кабинета на побережье, где в последних лучах Сулоны двое танцевали странный, похожий на танго и фламенко, танец.
- Действительно, - кивнул Михаил, - но, в конце концов они прислушались к голосу своего отца... то есть, Старшего. Неплохо, Ваше Величество.
- Мишка, успокойся ты с этим Величеством, это благодаря тебе все кончилось хорошо. Возможно, наша психика крепче вашей, но я чуть сердечный приступ из-за них не получил. А ты - я сам видел – в полном спокойствии.
- Ну. - кивнул Гео, стоящий вместе с ними у окна. - В самом деле. А реакция – тоже в самый раз. Идеальная. Даже если бы мы и договорились, лучше не вышло бы.
- Ну, а в целом хорошо, что мы поставили на спонтанность, но прошу тебя, дорогой племянник - на будущее имей в виду здоровье старого дяди, и не доставляй мне больше таких сюрпризов, - сказал с деланной серьезностью Матиэллт. - Если только ты не хочешь занять мое кресло. Но если хочешь - продолжай в том же духе.
Первым прыснул Михаил, так заразительно, что через некоторое время все трое шатались, хихикая, и не могли успокоиться.
Пара на пляже перестала танцевать. Теперь они сидели, обнявшись, на границе между песком и водой.
- Что-то потеряли? - раздался из-за спины голос Сергея. Он и Лори только что вошли в кабинет Матиэллтa и с некоторым изумлением смотрели на смеющихся друзей. - Ну, ну, ну... Что-то серьезное должно было произойти, раз ВЫ так смеетесь.
Матиэллт, не в состоянии сказать ни слова, показал пальцем на побережье. Сергей и Лори только кивнули головами.
- Еще простудятся, - с беспокойством, сказал Михаил, вытирая слезы в глазах после вспышки веселья.
- Не здесь, - сказал Матиэллт. Посерьезнел и спросил: - Ты что, действительно хочешь лететь на Землю?
- Серьезно-серьезно. Ты же слышал - Катя вернулась. Я не могу позволить, чтобы она ждала меня. Ни дня дольше.
Матиэллт долго смотрел на него, потом вздохнул.
- Я вам завидую... И сожалею, что я никогда этого не испытаю.
В его глазах, вдруг потемневших, Михаил увидел глубокую печаль.
 
***
 
Лиэлл и Павел сидели на песке, на границе соленой влаги. Волны омывали им голые ступни – обувь они сбросили еще на бегу, по дороге, совсем не заботясь, найдут ли ее потом. Было тепло, несмотря на то, что Сулона уже зашла. На небе начали появляться первые звезды.
- Солнце, - Лиэлл показала пальцем на блестящую над ними звездочку.
- Солнце, - повторил, как эхо, Павел.
С момента выхода из Залы они перекинулись всего несколькими словами. Они предпочли молчать, прильнув друг к другу, целоваться, танцевать, и наконец - просто сидеть и чувствовать тепло друг друга. Будет еще время поговорить.
- Ты хочешь, чтобы мы туда вернулись? - спросила наконец Лиэлл, выкопав из песка очень красивый камень.
- Я хочу остаться с тобой, где бы ты ни находилась, – ответил он, обнимая ее и пряча лицо в ее волосах. - Слишком долго я тебя искал. И нашел, почти на краю дороги.
Из нагрудного кармана он достал коробочку, открыл ее. В последних огнях заката блеснули два серебряных кольца - большое, совершенно гладкое, и поменьше - с небольшим, очень синим сапфиром.
- Позволь, дорогая?
Он медленно надел кольцо с сапфиром ей на палец правой руки. Лиэлл взяла второе кольцо, повторила его жест. Она помолчала минуту, потом стремительно встала, глядя на него сверху.
- Не вернемся сегодня в Дом? – спросила она, протягивая руку. Сапфир блеснул на ее пальце, а Павел почувствовал знакомое чувство дежа-вю. У него закружилась голова, словно он на мновение вернулся на триста лет назад. Он схватил ее за руку и встал.
- Мы вернемся, Ли. Сегодня мы вернемся в Дом.
 
КОНЕЦ
 
(с) Крис Кашубовски 2010
(c) перевод с польского m_holodkowski
(c) литературная обработка Allora
 
 
*) (эллан) в вольном переводе: "наследник" или "будущий властелин". Элиана (в буквальном смысле - дама, королева), эллеан (король, князь) - титулы, обычно даваемые членам царствующего дома Соэллы, причем, титулы без приставок, разъясняющих положение, официально использовались только Правительницей и Первой Дамой. В повседневности использовались сокращенные формы, без приставок.

**) Брак Лиэлл и Павла был первым официально признанным союзом соэллианки и землянина, а также первым смешанным союзом, который оказал влияние на число членов царствующего дома. Традиционно соэллианка или соэллианин вступали в брак с членом Правящего Дома Соэллы, принимая родовую фамилию правителя и добавляя свое имя в качестве третьего компонента имени. Следуя этому обычаю Павел Козелков назывался Павел Гор Матиэллт и использовал титул Нан'даэлл'эллеан, что в вольном переводе можно определить как "Отец Наследника".
 

 




Назад: Крис Кашубовски - Фанфики

 

   ваше мнение    

Ваше имя *:     Сообщать о комментариях
E-mail:     Не отображать e-mail
Город:      Запомнить меня
Введите код:    
Настроение:   Нейтральное   Восклицание   Вопрос   Здравая мысль   :)   Ох, посмешили   :(   Удивлен   Злой  
Комментарий *: 
Осталось символов
Поля: "Имя" и "Комментарий" обязательны для заполнения.


Подписаться на рассылку сайта

      

    комментарии   
Нейтральное  А. Симонов (Москва)
Огромнейшее Вам спасибо!!!!! Пишу эти строки, ещё не прочитав рассказ. Подписываюсь под каждым Вашим словом в предисловии!!! Буду читать!
добавлено 28 сентября 2010 г. в 22:10

Нейтральное  Chris_Kaszubowski (Кутно, Польша)  Написать письмо автору
А. Симонов, спасибо Вам за хорошие слова, милого чтения!
добавлено 16 октября 2010 г. в 01:17


Главная | О фильме | Творчество | Разное | Ссылки | Форум

Copyright © 2007-2017 Otroki.DRUiD.RU