Москва - Кассиопея

Клуб любителей кинодилогии Ричарда Викторова
Отроки во вселенной


Форум   Поиск по сайту   Карта сайта   Напишите нам письмо  
Главная страница
Информация о дилогии
Творчество

Разнообразные материалы
Ссылки
Форум

RSS-лента сайта




   — Ну и дела! — Филин с трудом осмысливал сказанное.
   Валерка отхлебнул чай, дернулся, словно вспомнил что-то важное, поперхнулся и, отдышавшись, спросил:
   — А роботы? Вениамин, а роботы как же? Наш ведь так и остался в лесу.
   — Да! — подхватил инженер. — И как насчет бластеров? Хотелось бы и насчет одежды пояснений. Ведь наверняка одежды в кораблях немало.
   Координатор поставил чашку на поднос и вздохнул.
   — Давайте я вам поясню про роботов. Остальное — следствие, а причина именно в них. Дело в том, что по какой-то причине у машин оказалась заблокирована директива ноль.
   — Такого не может быть! — уверенно отрубил Валерка.
   — Может, молодой человек. К сожалению, может.
   — Но через эту директиву замкнуты многие цепи! Робот потеряет возможность ходить, видеть и… В общем, он будет абсолютно беспомощен!
   — Да, — кивнул головой Вениамин. — Какое-то время так и было, если верить старожилам. Но к сожалению, ситуация изменилась. Каким-то образом блок был обойден, и машины заработали. Вот только заработали они против нас, людей.
   — Это как? — Филин опасливо поглядел на координатора.
   То, что робот может оказаться врагом, противоречило здравому смыслу. Проще поверить в бунт наручных часов или пылесоса, чем в нападение механического слуги.
   — Так, — пожал плечами Вениамин. — Им зачем-то нужны люди, вот роботы на нас и охотятся. А мы вынуждены скрываться.
   — Так может стоит их...
   — Как-нибудь, когда будет вылазка за едой и аккумуляторами, мы обязательно посмотрим на Город роботов. Поверьте, не стоит туда соваться, а то можно привести за собой патрульных. Мало того, мы вынуждены прятать любые источники энергии, чтобы ни единый всплеск не просочился наружу.
   — А одежда?
   Координатор тяжело вздохнул и почесал грудь.
   — Маскировка.
   — А, точно! — хлопнул себя по колену Валерка. — Робот воспринимает человека и его ранг, по сумме данных. И по одежде, и по цвету кожи в том числе.
   — Вот оно что! — Филин усмехнулся. — Выходит, что спасение в одичании. Недостойный путь для человека.
   — Оно так, да только те, кто оказался в Городе, больше не возвращались. Уже много лет мы пытаемся вызволить оказавшихся в неволе, но... Наши группы хорошо если просто отгоняют электрическими разрядами. Применить более серьезное вооружение или вывести на поверхность катер мы не можем. Нельзя рисковать колонией, раскрывая местонахождение «Галактиса».
   — Выходит, вы... мы заперты здесь навсегда?
   — Выходит. Когда-то давно люди пытались отправить зов. Бывший до меня координатором астрофизик Глен смог найти способ. Группа ученых рассчитала возможное направление. Но никто так и не подтвердил прием. Мы потеряли не только надежду, но и всех, кто участвовал в проекте. Летающие роботы превратили «Лоренц», где стояла опытная установка, в ком радиоактивного шлака.
   — Дела... — вздохнул Филин.
   — Ладно, — хлопнул себя по коленям Вениамин, — идемте, подберем вам обиталища. На «Галактисе» с жильем проблем нет. К сожалению.
   Каюта, которую выделили Филину, освободилась совсем недавно. Ее наспех убрали, но вещи еще казались согретыми теплом предыдущего хозяина. Вероятнее даже, хозяйки: над зеркалом сохранился вырезанный из бумаги цветочек. Да и другие мелочи указывали на то, что здесь обитала женщина.
   После всех приключений этого дня бортинженера неудержимо тянуло спать. Филин прикинул, что вряд ли кому потребуется его персона в ближайшие часы, разделся и пошел в душ. На стене, прямо над краном, обнаружился темный кружок индикаторной лампы и табличка, гласившая: «Дождитесь зеленого сигнала готовности системы».
   Инженер решил, что подразумевается система регенерации. «Галактис» совсем немаленькое пассажирское судно, и проблема ресурсов здесь должна стоять особенно остро. Только вряд ли сейчас требовалась столь уж серьезная экономия: если верить наблюдениям, недостаток воды местным обитателям не грозил, и индикация готовности теперь, вне космического полета, не имела никакого значения. Но вполне могло оказаться, что есть проблемы с горячей водой. Кто знает, насколько живы энергосистемы?
   Филин не любил холодную воду, потому его очень обрадовало, когда из крана полилась горячая. Инженер с наслаждением вымылся и отправился спать.
   Разбудил его стук в дверь. Филин спросонья не сразу сообразил, где находится, и несколько секунд озирался, восстанавливая в памяти все произошедшее с ним накануне. Стук повторился.
   — Минутку!
   Он быстро натянул комбинезон и открыл дверь. Вошел Вениамин в сопровождении коренастого бородатого мужчины. Тот был одет в точно такой же комбинезон, как и координатор.
   — Знакомьтесь, Илья! Михаил Ростовцев, инженер-кибернетик. Он объяснит вам кое-какие тонкости выживания на поверхности планеты.
   — Здравствуйте!
   Голос у кибернетика оказался низким и мощным, а рукопожатие крепким. Филин представился.
   — Идемте в нашу... в наш музей!
   Они вышли из каюты. В коридоре уже томился Валерка.
   — Вы готовы, Валерий? — прогудел Михаил.
   — Ага.
   — Вот и отлично! Идемте.
   — А я вас покину, если не возражаете, — Вениамин развел руками. — Дела обыденные. Если что — заходите, не стесняйтесь.
   То, что кибернетик назвал музеем, больше смахивало на свалку. Солидную часть площади какого-то зала занимали куски покореженного металла, гнутые трубы, сломанные платы электронных схем, расколотые линзы... К каждой находке были приклеены бирки с датами и конверты.
   — Это все, что нам удалось добыть. Мы пытаемся проникнуть в историю этой планеты с помощью вот такой своеобразной археологии. Можно сказать, я теперь больше историк, нежели инженер.
   — Получается?
   — Маловато материала, чтобы делать окончательные выводы, — уклончиво ответил Михаил. — Но кое-какие выводы нам сделать удалось. Любопытствуйте, не стесняйтесь. Тут в конвертах фотографии с мест, где был обнаружен тот или иной образчик. Если что непонятно будет — спрашивайте.
   Валерка с жадностью бросился рассматривать обломки, Филин же шел неторопливо, рассматривая железяки придирчиво. Он уже дошел до конца ряда, когда до сознания дошло увиденное. На одном из обломков значился какой-то шестизначный серийный номер и под ним стояла дата изготовления. К чему относился этот кусок металла — понять было трудно. Но то, что некое устройство оказалось изготовленным почти на столетие раньше запуска первого устройства в подпространстве, не очень вязалось с рассказанным Вениамином.
   Филин обернулся. Михаил стоял и улыбался.
   — Дата смущает?
   Инженер кивнул.
   — Это не самое старое изделие. Пойдемте, посмотрим, что там откопал Валерий. Думаю, так будет легче понять.
   Стажер задумчиво рассматривал нелепое сооружение из трубок и пластин. Металлические части крепились друг к другу под немыслимыми углами.
   — Непонятно? — спросил кибернетик.
   — А?.. Не-а! — сокрушенно помотал головой стажер.
   — Еще бы!
   Михаил взялся за какой-то торчащий штырек и легко приподнял сооружение, а когда разжал пальцы, конструкция медленно опустилась на пол.
   Валера и Филин смотрели на происходящее как завороженные.
   — Это не наше изделие. Я имею в виду, что его сделали не на Земле. А лежало оно вот под этим, — он кивнул на обломок, где значилась непонятная дата. — Возможно, подобное вышло случайно, но так или иначе, все началось задолго до первых наших полетов подпространстве. Некая цивилизация уже проторила дорожку.
   — Выходит, они столкнулись с той же проблемой... — задумчиво кивнул Филин.
   — Именно! Напрашивается вывод, что с точками компенсации массы, как мы их назвали, работали вычислители и неведомых нам разумных существ.
   — Иных людей?
   — Существ, — уверенно поправил кибернетик. — Разумные — безусловно! Но не люди, это наверняка. Впрочем, что подразумевать под понятием «человек»? Двуногое, лишенное перьев?
   — И то верно, — улыбнулся Филин.
   — Это была теория. А теперь я изложу вам возникшие на ее базе гипотезы, активно обсуждаемые нашими учеными мужами. Наши, так сказать, источники споров. Не возражаете?
   — Нет, конечно!
   — Так вот, эти «иные люди» каким-то образом отыскали пресловутые точки компенсации и создали планетоиды, куда будут попадать объекты.
   — Но тогда мы можем...
   — Точно! Вы правильно догадались. Например, существует некий обходной способ добраться сюда. Можно предположить, что и способ выбраться отсюда есть. Группа Глена... — кибернетик на миг запнулся, — вроде бы нашла доказательства возможности связи между мирами, но все выкладки... Короче, нам приходится начинать с нуля, но наша группа верит в то, что гипотеза станет теорией. Глен был прав. Нужно собрать больше образцов, провести серьезные исследования в слоях почвы. Вряд ли только «Галактис» оказался под землей. Возможно, некий звездолет еще какой-нибудь цивилизации хранит секреты возвращения. Или хотя бы кое-какие детали, чтобы построить опытную установку, подобную той, что была у Глена.
   — Логично, — кивнул Филин, — хотя, надо признать, путь неблизкий. А вторая теория? Простите, гипотеза?
   — Второе предположение, — с нажимом произнес Михаил, — разработка группы Стивенса. Он считает, что данные точки существовали всегда. То есть, появились не в результате разумной деятельности. Он уверен, что Вселенная сама построила подпространственные тоннели, а мы только научились по ним перемещаться. И наши предшественники, к слову, тоже. Естественно, что в таком случае наши шансы вырваться отсюда минимальны. И он предлагает как следует обосноваться здесь, на этой планете.
   — Я так понимаю, что у вас тут две группы ведут довольно эмоциональную полемику?
   — Да, — вздохнул Михаил. — Фактически образовалось два лагеря. Понятно, что большинству людей хочется вернуться. Но так как видимых результатов работы с нашей стороны пока нет, то группу Стивенса поддерживают многие.
   — Те, кому надоело прятаться, — уточнил инженер.
   — Да.
   — А координатор?
   — Он сторонник теории... гипотезы Глена.
   — Я так и понял, — он протянул руку Михаилу. — Спасибо вам за интересную экскурсию! Валера, пойдем.
   Кибернетик улыбнулся.
   — Заходите! Потом с материалами поработайте как-нибудь, не пожалеете. А пока советую приготовиться к охоте. Завтра выходим собирать еду. Зайдите в нашу — как бы это поточнее? — костюмерную: пусть вам подберут одеяние по размеру и оружие. Чем раньше это сделаете, тем лучше, на мой взгляд. Мужчин у нас мало, вам все равно довольно скоро придется идти с нашими артемидами.
   — Спасибо!
   «Костюмерная» оказалась на технической палубе «Галактиса». Угрюмый старик по имени Марек долго рылся в ящиках, извлекая нечто, больше похожее на тряпки.
   — Впрок мастерю, — извиняющимся тоном пояснил хозяин склада. — Чтоб было во что людей нарядить как прибудут. Вот сейчас размерчики подберем...
   Примерка затянулась. Валерке-то подошло все быстро, но Филин, с его широкими плечами, не умещался ни в одну маскировочную куртку. В итоге Марек сшил две жилетки с шерстью разных расцветок. Хоть руки старика все время резко дергались, орудовал иголкой он очень сноровисто, словно швейная машинка.
   — Пока так сойдет. Роботы не слишком хорошо разбираются в фауне. Надо будет вам немного согнутым походить, чтоб привыкнуть, а то и на четвереньки встать. Пусть запомнят новый подвид. А я потом вам сооружу типовую одежонку.
   — Договорились.
   — Да, возьмите луки и попробуйте пострелять. За той дверью мы тир соорудили.
   И Филин, и стажер видели луки со стрелами разве что в кино. Хорошо кто-то, скорее всего тот же Марек, нарисовал доходчивые плакатики по технике стрельбы. Но даже спустя час космонавты не добились никакого результата, если не считать боли в руках и ссадин на пальцах. Мишень, деревянная доска с нарисованным на ней кругом, осталась нетронутой. Незаметно подошедший Марек сочувственно покивал:
   — Сперва все так. Походите сюда — научитесь.
   — Думаете?
   Вместо ответа старик взял лук у Филина, ловко приладил стрелу, а затем поднял оружие, одновременно натягивая тетиву, и выстрелил. Стрела воткнулась в центр мишени и задрожала. Марек передал лук изумленному Филину, потер похожие на клешни ладони друг об друга и поморщился.
   — Черт, отвык уже. Но как-то так должно получаться.
   Инженер переводил взгляд со старика на мишень и обратно. Выстрел оказался настолько быстр и точен, что совершенно не вязался с шаркающей, рваной походкой инвалида.
   Марек принес крем и пузырьки с какой-то жидкостью.
   — Этим пятна на себе рисуйте. Мазь безвредная и хорошо смывается вот этим растворителем. Без подобной маскировки выходить нельзя. Доминирующие животные здесь, по мнению роботов, просто обязаны выглядеть так. Иначе могут опознать в вас человека и забрать к себе. А это, поверьте, не сахар.
   — А вы...
   Старик предостерегающе поднял похожую на клешню руку, повернулся спиной и не попрощавшись зашаркал куда-то в боковой проход. Ему явно не хотелось развивать тему.
   — Спасибо, Марек! — запоздало крикнул вслед старику Филин и кивнул Валерке. — Пойдем, юнга!
   На охоту их пригласили через два дня. За это время Филину так и не удалось научиться обращаться с луком, чего нельзя сказать о Валерке. Стажер лихо всаживал стрелы в центр мишени.
   У лифта стояла группа вооруженных людей в маскировочной одежде. Их было пятеро: двое мужчин и три женщины. Подошедшие новички увеличили число охотников до семи.
   Командир, сухопарый и жилистый Степан, скомандовал:
   — Майя, твой контейнер, пойдешь замыкающей. Лина и Джоан — страхуйте. Мы с Денисом в поиске. Илья и Валера — смотрите и учитесь. Особое внимание походке. Стрелять не пытайтесь, а то еще в кого попадете. Не смотрите вверх, что бы там ни происходило!
   Валерка открыл рот, чтобы возразить, но передумал. Филин чуть заметно улыбнулся, хлопнул парнишку по плечу и кивнул Степану:
   — И то верно. Мы даже не знаем, как выглядят цели.
   — Отлично! Еще одно предупреждение: не говорите ни слова, пока вас не спросят. Речь роботы легко распознают. Вы рискуете оказаться в Городе, а это совсем не здорово.
   Командир повернулся к группе и попросил одну из женщин:
   — Майя, помоги новичкам с маскировкой, и выходим.
   Молодая женщина, даже, скорее, девушка, послушно взяла тюбик, посмотрела снизу вверх на Филина и застенчиво попросила:
   — Нагнитесь, пожалуйста!
   Инженер улыбнулся и выполнил просьбу. Маленькие пальчики с молниеносной быстротой рисовали на коже пятна. От этого было немножко щекотно, но Филин терпел. Затем дошла очередь и до Валерки. Девушка справилась за минуту. Правда, за это время юнга успел сильно покраснеть от смущения, из-за чего выглядел весьма необычно.
   Когда все было готово, Степан критически осмотрел группу, задержав внимательный взгляд на новичках. Похоже, что ему не все понравилось, но замечаний не последовало.
   — Приготовьтесь.
   Майя закинула за спину контейнер — тот самый «замшелый» чемодан — и подтянула лямки. Перед охотниками опустилась платформа лифта. Когда все встали на платформу, Степан нажал кнопку.
   Через несколько секунд вышли на поляну. Филин, вспомнив инструктаж, ожидал увидеть какой-то определенный порядок, но люди, странно ковыляя, разбрелись вокруг. Каждый шел медленно, согнувшись, не поднимая глаз от земли. Луки у всех были в руках, но держали их вертикально, стараясь прижимать к телу. Со стороны казалось, будто небольшое стадо диковинных пятнистых животных пасется на поляне. Филин старательно копировал все действия охотников.
   Они неторопливо шли к лесу. Внезапно послышалось легкое жужжание, оно быстро нарастало, пока не превратилось в гул. Поднялся ветер. Филин подумал, что над их головами завис вертолет или какая-то подобная машина. Инженер не поворачивая головы осторожно скосил глаза вправо. Там все так же безмятежно шли к деревьям охотники.
   — Эй, нет! — послышался крик Валерки, перекрывший на миг гул двигателя летающей машины. — Я приказываю опустить меня на землю!
   Филин стиснул зубы, наблюдая за поведением остальных. Никто из людей словно и не услышал крика. Значит, посмотреть нельзя. И помочь нельзя, иначе был бы приказ. Черт!
   Когда отряд вошел в лес, гул стал удаляться и стих.
   — Новичок, конечно? — сурово спросил Степан, подняв голову и выпрямившись.
   — Да, — вздохнула Лина.
   — Проклятье! — он взглянул вверх. — Илья, вы как?
   Филин сурово посмотрел прямо в глаза командиру.
   — Я нормально. Но что с Валерием?
   — Надеюсь, что ничего. Очень трудно понять, что происходит в Городе. А забрали его потому, что он посмотрел и заговорил.
   — Значит, не отбить было?
   — Ни в коем случае! Бессмысленно и очень опасно для «Галактиса». Патрульный робот успел бы передать сведения, что тут есть люди. Они и так стали часто наведываться на эту поляну.
   На душе стало мерзко как-то. Филин не то чтоб стал презирать охотников, но ощутил некоторую неприязнь к людям, склонившим голову перед обстоятельствами. Да, безусловно, надо знать реалии этого мира, уметь выживать. Но то, что главным врагом человека вдруг стали его самые надежные помощники, — это уж ни в какие рамки!
   — Осы! — крикнул Степан и приготовился к стрельбе.
   Филин тоже поднял лук. Через миг на поляну одна за другой вылетели три сферы. Охотники стали быстро и метко стрелять. Через несколько секунд утыканные стрелами «осы» свалились в траву. Люди выдергивали стрелы и осматривали добычу.
   — Есть, командир! — Денис поднял над головой продолговатую коробочку.
   — Отлично!
   Подбежала Майя и раскрыла чемодан. Коробочку осторожно уложили в пустую ячейку.
   — Это ключ, — пояснил подошедший Степан. — С ним можно близко к городу подойти.
   — А осы — что это?
   — Глаза патрульного, шпионы. Летают, собирают сведения, а потом приносят либо ему, либо сразу домой. Если в Город, то тогда у них есть ключ. Сейчас они и должны были отправится туда, потому что… — Степан тяжело вздохнул, — потому что Валеру туда унес патрульный.
   Через лес отряд шел довольно бодрым шагом, время от времени переговариваясь. В принципе, можно было расспросить обо всем, что тут творилось, но у Филина не лежала душа к разговорам. Он чувствовал свою вину за то, что произошло с Валеркой. Видимо, окружающие понимали его состояние и старались инженера не слишком беспокоить.
   — Внимание! — поднял руку Степан и ссутулился, тут же превратившись в неинтересного роботам тихохода. Охотники, в том числе и Филин, моментально повторили действия командира.
   Они неторопливо выбрались из леса. Инженер все ждал, что вот-вот послышится гул двигателя патрульного робота, но все было тихо. Группа неторопливо брела по высокой траве, пока не уперлась в металлическую стену. На миг выпрямившись, Степан дернул дверь и нырнул в проем. За ним последовали остальные. Майя закрыла за собой дверь.
   — Уф, добрались. Давно тут не были, но контрольные нити целы. Илья, подойдите посмотрите, чтобы знать в следующий раз. Такая вот сигнализация. Если роботы тут побывали до нас, то могли установить пост.
   Филин подошел к Степану и заметил тонюсенькие нити, чем-то похожие на паутинку. Они перекрывали весь коридор. Кто бы ни прошел здесь, обязательно задел бы.
   — Ладно, идемте охотится, за тем и пришли.
   Корабль, по коридору которого шли охотники, был чем-то похож на «Терехова», и потому Филин сразу сообразил, что они идут в «закрома» — выделенный кусок трюма, где хранилась всяческая снедь.
   Здешний склад был уже изрядно опустошен, продукты занимали только часть нижних полок. Майя достала из контейнера «замшелые» рюкзаки и раздала всем, включая Филина. Стоявший поблизости Денис сказал:
   — Собирайте все банки с мясом птицы.
   Инженер кивнул и принялся за работу. Он старательно укладывал консервы, стараясь уместить в рюкзак как можно больше. Много времени это не отняло. Когда все было закончено, люди стали надевать рюкзаки под одежду.
   — Так меньше вероятность обнаружения, — пояснил Степан.
   — Понятно.
   Филин снял свое маскировочное одеяние и, подогнав рюкзак под себя, натянул лохматый камуфляж поверх. Получилось не слишком-то удобно, но терпимо.
   — Идем! Соблюдаем порядок.
   Группа вышла из корабля и неторопливо побрела к лесу.
   Почему-то никто охотников не преследовал, хотя сейчас догнать их было бы легче. Филин поймал себя на мысли, что приписывает роботам человеческие черты. А ведь тут совсем иная логика. Ведь машина не хитроумна и не злопамятна. Она не умеет думать, не действует самостоятельно, вне рамок алгоритма. И потому бредущие животные не заинтересуют патрульного, покуда одно из них неожиданно не превратится в человека. Робот не строит козней, например, из вредности. А если окажется на складе, то только ради какого-нибудь дела, вряд ли для засады.
   — Степан, а что вы будете делать, если вдруг обнаружится, что ваша система охраны нарушена?
   — По обстоятельствам. Чаще бывает, что внутри уже никого нет. А если есть... Патрульным чаще всего не добраться до складов: слишком узко. Тогда они отправляют туда свои «глаза».
   — «Ос»?
   — Именно. Но они не опасны, если не застанут врасплох, конечно. В противном случае, придется шустро уносить ноги.
   К «Галактису» вернулись все группы охотников. У двух других — без потерь.
   Филин смотрел, как люди увозят тележки с едой, и думал о том, чем станут питаться обитатели корабля, когда иссякнет запас продуктов в ближних местах. Скорее всего, людям придется искать себе новый дом или учиться питаться местной флорой, не блещущей, как он заметил, разнообразием. Хотя... Продукты тоже относятся к избыточной массе, а значит кладовые время от времени пополняются.
   Все уже давно разошлись, а Филин все так и стоял у лифта, вспоминая события сегодняшнего дня. Валерка, стадо людей, выживание... Он настолько погрузился свои мысли, что даже вздрогнул, когда его плеча коснулась рука Майи.
   — Идите отдыхать, Илья. Вы ничем не поможете вашему другу. Я знаю, вам кажется, что все тут огрубели, стали походить на дикарей. Не стоит так думать. Здесь практически каждый потерял кого-то: друга, знакомого. Любимого человека... И каждый живет надеждой, что однажды мы спасем их. Это такая война, и пока мы вынуждены приглушать свою боль.
   — Спасибо, Майя! Я понимаю вас, но вот как-то...
   — Ничего, это пройдет. Идите отдыхайте. А потом я вас познакомлю со Стивенсом и его людьми. Думаю, вам понравятся их идеи.
   Смыв с себя камуфляж, Филин не пошел в столовую, а рухнул на койку и попытался заснуть. И хотя после «охоты» во всем теле ощущалась сильная усталость, сон не шел. Тяжелые мысли вновь возвращали к реальности. И все же немного поспать удалось, и утром Филин почувствовал себя бодрее.
   В столовой он взял порцию овсяной каши и ананасовый компот, а затем отправился искать свободное местечко за столиком, по пути кивая знакомым.
   — Илья, идите сюда! — помахала рукой Майя.
   — Спасибо! — улыбнулся инженер и уселся рядом с девушкой.
   — А вы сегодня лучше выглядите, хотя глаза у вас красные.
   — Последствия слишком короткого сна, но это не мешает, — он с интересом поглядел на собеседницу. — Знаете, Майя, я впервые вас вижу без боевой раскраски.
   — И как? Страшно? — поддела его собеседница.
   — Что вы!
   Филин смутился. У него никак не ладилось с комплиментами, что отмечали все его знакомые противоположного пола.
   — Наоборот! Не страшно вовсе, с чего вы взяли?
   — Правда? Здорово! — Майя рассмеялась. — А то боялась, что испугаетесь.
   — Ну зачем вы... Я не боюсь... не испугался бы...
   Филин покраснел и уткнулся в тарелку. Он мысленно проклинал собственное косноязычие и твердо пообещал себе, что впредь будет внимательней выбирать места.
   Девушка заметила смущение собеседника и посерьезнела.
   — Да что вы, Илья! Я просто пошутила. Не обижайтесь.
   — Нормально все, — буркнул под нос инженер и продолжил трапезу.
   Когда он приступил к компоту, девушка спросила:
   — Вы как, готовы сходить со мной к Стивенсу?
   — Да, — кивнул Филин и одним глотком допил напиток.
   — Тогда встречаемся у лифта через полчаса, хорошо?
   — Договорились.
   Девушка немного виновато улыбнулась, взяла поднос со стола и сказала:
   — Простите меня, Илья! Такой уж у меня характер. Когда вижу буку — хочу его немножко растормошить.
   — Да я и не обиделся, — пожал плечами инженер и тоже встал из-за стола. — Только давайте тогда так: зовите меня Филином. Так будет проще не видеть во мне буку.
   — Филином? — Майя удивленно приподняла брови.
   — Угу. Мне так привычней будет. Договорились?
   — Хорошо, Филин! — легкая улыбка. — Встретимся у лифта.
   — Безусловно!
   Ровно через полчаса Илья стоял у колонн лифта и с замиранием сердца всматривался в каждого проходящего через зал. «Словно свидание», — подумалось ему. Эту мысль никак не удавалось прогнать, а потому то, что в руках не было цветов, казалось преступлением.
   — Ждете?
   Филин резко обернулся. Он не ожидал, что девушка подойдет сзади.
   — Извините, что немного опоздала.
   — Не страшно.
   — Идемте.
   К жилому блоку «В», где обитал Стивенс, они шли относительно долго. Так как каюты большинства жителей и подсобных помещений располагались ближе к лифту, место, где они очутились, показалось пустынным.
   Наконец Майя остановилась у двери кают-кампании. В помещении уже собралось немало людей, стоял гомон. Когда на пороге появились вновь прибывшие, голоса смолкли. Все смотрели на пришедших. Из-за стола поднялся небольшой смуглолицый человек и призывно махнул рукой.
   — Входите, не стесняйтесь! Майя говорила про вас. Я доктор Самюэль Стивенс.
   — Здравствуйте! — вежливо кивнул Филин.
   — Устраивайтесь на любом свободном месте. Вы извините, у нас тут обсуждение. Подождите немного, а потом мы будем пить чай, и познакомлю со своей командой, — доктор повернулся к девушке. — Майя, присоединяйтесь к остальным.
   Провожатая кивнула и ушла, Филин огляделся: вдоль стены была установлена аппаратура, явно перенесенная сюда из служебных помещений корабля. Перед ней стояли вертящиеся кресла. Инженер уселся и принялся рассматривать комплекс приборов. Они составляли систему слежения, и она была включена. Правда, не вся: экраны радаров не светились, как и контрольные лампы приемных станций. Зато индикаторы датчиков разнообразных излучений чуть заметно покачивали стрелками. Их было много, этих индикаторов. Гораздо больше, чем обычно устанавливается на стандартный грузовик или пассажирский звездолет. Возможно, таким образом тут узнают, что прибыла очередная «лишняя масса» из подпространства.
   Инженер настолько увлекся изучением приборов, что даже не заметил, когда люди за столом закончили обсуждения. И потому, едва Майя тихонько коснулась его плеча, он вздрогнул.
   — А?
   — Идемте к столу.
   — Да, конечно!
   Со стола уже исчезли бумаги, и их место заняли чашки, над которыми поднимался пар. Похоже, чай, если верить аромату. Тут же на подносах стояли вазочки с галетами и каким-то вареньем. Стивенс обвел рукой собрание:
   — Подходите, устраивайтесь. Майя, поухаживай за человеком.
   — Спасибо! — смущенно улыбнулся Филин.
   Ему почему-то стало неловко, но девушка положила руку на плечо и шепнула:
   — Не волнуйтесь, все нормально!
   Филин кивнул, но чувствовал он себя все равно неуютно.
   — Итак, Илья, если не ошибаюсь? — начал доктор Стивенс, когда чаепитие было в разгаре.
   — Совершенно верно.
   — Вы уже были в музее? Михаил и Вениамин ввели вас в курс дела?
   — Более-менее, — уклончиво ответил Филин. — Рассказали о двух гипотезах. Я так понял, они последователи идей Глена?
   — Вы правы.
   Стивенс испытующе посмотрел на инженера, а потом осведомился нейтральным тоном:
   — И как вам наши... гипотезы?
   — Обе имеют право на жизнь, — пожал плечами Филин. — Но у меня стажер... друг попал, по всей видимости, в Город, и я хочу парня выручить. Вы можете помочь?
   — Это не так уж просто, — покачал головой доктор. — Через периметр не перебраться в одиночку, для этого нужны слаженные действия команды. Вы же понимаете, что роботы разят без промаха. Обречены в равной степени и животное, и человек. В первом случае, вы, скорее всего, умрете. Во втором — окажетесь в Городе. Вряд ли кто возьмется судить, чья участь лучше. Нет у нас свидетелей.
   — Но ведь можно захватить патрульного робота, например, и узнать.
   — Работу машин крайне тяжело откорректировать. Будь все иначе, то мы бы уже давно процветали, а так — процесс невероятно сложный, фактически непостижимый, тем более с нашими возможностями. Машину, пожалуй, можем вывести из строя, и только, но ведь нам необходимо отследить и расшифровать процессы, разложить все по полочкам, понять алгоритмы. Да, в этом, возможно, помог бы Ростовцев, но, как вы уже, вероятно, убедились, мы на разных палубах обитаем, — доктор холодно улыбнулся и внезапно возвысил голос. — Ему важнее доказать теорию Глена, нежели помочь с установлением нормальных взаимоотношений между людьми и роботами. Ему невыгодно, чтобы люди стали хозяевами этой планеты и командовали своими механическими помощниками. А я утверждал и буду утверждать, что надо добраться до роботов и вновь заставить их подчиняться. Вещь, дерзнувшую угрожать человеку, нужно уничтожить или заставить быть полезной!
   В голосе Стивенса послышались неприятные истерические нотки. Люди вокруг примолкли. Филин вдруг с удивлением обратил внимание, что никто не смотрит осуждающе. Наоборот! В глазах людей светились восторг и обожание. Похоже, решительность доктора собравшимся приходилась по душе. Да и не могло быть иначе: абсолютному большинству здесь довелось испытать ужасы потерь.
   — Да, доктор, это понятно, — покивал Филин, стараясь вернуть разговор в нормальное русло. — А Марек не помог бы прояснить ситуацию?
   — Старик толком ничего не может рассказать. Он получил серьезный удар током, когда выбирался. Единственное, что известно, — он вскрыл панель управления патрульного робота и как-то, вероятнее всего случайно, заставил машину двигаться сюда. Другой патрульный сбил... Марека почти над «Галактисом». Повезло, что только руки обгорели, да память словно бы стерлась. Мы засекли выброс энергии, отправили отряд и принесли старика сюда.
   — И он ничего не вспомнил до сих пор?
   Стивенс отрицательно покачал головой.
   — Амнезия, полная блокада в результате поражения электрическим током. Врачи бессильны, кибердоктор и подавно. А мы со своими расспросами надоели этому человеку настолько, что он просто уходит, едва услышит вопросы о произошедшем. И ничего с этим не поделаешь. А ведь в его голове, где-то в закрытых ныне разделах наверняка есть совершенно бесценные сведения. Математик, наладчик вычислительных машин, он был первым и последним, кому удалось выбраться. Потому приходится искать свои пути, идти, так сказать, на ощупь. Идеально было бы провести разведку боем, устроить хороший штурм — он дал бы неоценимые сведения о периметре, но мы еще не готовы. Боюсь, сейчас это преждевременно, хотя, думаю, скоро все решится.
   — Вот оно как... — Филин разочарованно вздохнул. Придется сперва как следует разобраться в том, что происходит тут, на «Галактисе».
   — Не расстраивайтесь, — по-своему понял этот вздох доктор. — Не так уж долго ждать осталось. Благодаря Мареку мы знаем хотя бы один способ, каким можно выбраться. Нам достаточно проникнуть в Город, а оттуда выберемся вместе с теми, кого утащил патруль. Для проникновения разработано несколько вариантов, но все они, пока, во всяком случае, чисто теоретические. Но уверяю вас: скоро, очень скоро многое изменится, и...
   — Скажите, а как относится ко всему этому Вениамин? — прервал Стивенса Филин.
   Доктор пожал плечами; на его лице отразилось явное неудовольствие, что его прервали.
   — Видите ли, нас не слишком занимают гипотезы, если можно так выразиться, конкурирующей группы. Тем более что группа Глена была уничтожена вместе со своим лидером, а значит, вполне конкретная опасность грозит и тем, кто попытается повторить эксперимент. Жертвы, как все убедились, — Стивенс сделал ударение на слове «все», — оказались напрасными. Но когда Город и роботы перейдут под управление людей, то имеет смысл пересмотреть наши сегодняшние разногласия. Пока же жители «Галактиса» должны объединиться для того, чтобы стать хозяевами планетоида. Это наш единственный дом, а потому нужно...
   Дальше пошло изложение плана действий. Доктор разъяснял его вдумчиво, спокойно и со знанием дела, но чем явственней проступали детали, тем сильнее в душе Филина росла неприязнь. От каждого озвученного пункта вполне явственно веяло нехорошим душком. Инженер отметил, что как-то уж слишком сверкали грозовые зарницы в глазах Стивенса, а слова о новом мире произносились с придыханием. Теперь не оставалось сомнений, что этот человек явно метил в предводители, и это было очень плохо: подобные индивидуумы не считаются с жертвами, чтобы достигнуть своей цели. Доктор свято верил, что он осчастливит наличное Человечество. По Стивенсу выходило так, что только вступившие в войну заслуживают счастья. Его мало волновало, что роботы с отключенной нулевой директивой просто так не сдадутся. Их алгоритм включал в себя обнаружение живых разумных и уничтожение любых враждебных неразумных. Если те, кто прорывается в Город, разговаривают и атакуют патруль, то сразу за периметр. Если молчат и лезут — уничтожение. И так без устали, пока не закончатся силы у тех, кто способен устать. Или они не отступят в ужасе перед потерями. Сами-то машины в принципе не умеют сдаваться, если этого не предусматривают ветви алгоритма.
   Да, зря Стивенс «очеловечивает» механизмы. Робот не боится смерти не потому, что бесстрашен: он не может рассчитать смерть, а значит, смерти для него и нет. Машину отключают, а не сражаются с ее полупроводниковым естеством. А может, доктор прав, что приписывает машинам чувства? Он отнюдь не глуп, и, пожалуй, такой вариант вполне возможен. Людям легче сражаться с противником, который ощущает страх и боль, чем с железкой.
   Филин не стал произносить вслух свои сомнения, просто старался разобраться, с чем предстоит иметь дело. Для дальнейших шагов нужно больше информации. Причем очищенной от эмоций.
   Инженер слушал доктора, кивал и украдкой разглядывал последователей Стивенса. На многих лицах читалась решимость и бездумная вера. От этого казалось, что они не снимали маскировки и не смывали краску.
   Что ни говори, а теория Стивенса была очень удобна для захвата власти в этом мире. Ведь если нет возможности уйти или установить связь, то остается только крепко тут обосноваться. Этому мешают роботы, значит, сперва надо заняться ими. А там посмотрим. Покуда корабли идут в подпространстве, то недостатка в ресурсах тут не будет. Но понемногу люди растеряют свои навыки, кроме самых необходимых. Для добычи пищи из консервных банок нужен минимум знаний. Теория Глена, даже если и была ошибочна, помогала людям мечтать. А мечта, в свою очередь, заставляла искать пути, познавать мир, учиться. В мире, где нет угроз, голода и холода, для деградации требуется только знать, что другого мира у них никогда не будет, что бы они ни делали.
   Доктор наконец закончил изложение своих планов. Филин вздохнул.
   — Понимаете, Самюэль, я не слишком большой специалист в некоторых вопросах, но коль скоро речь зашла о попытке захвата Города, то хотелось бы прояснить некоторые детали. Например, каковы возможные ответные действия? Что на эту тему говорят кибернетики?
   Стивенс обезоруживающе улыбнулся.
   — Я и сам не специалист, но у меня есть вполне компетентные консультанты. Минуточку, — он повернулся и махнул какому-то человеку. — Мережко! Эй, Евгений, можно вас на пару слов?
   Из-за стола поднялся кряжистый человек в комбинезоне и вразвалку подошел к доктору. Подковы его рабочих ботинок громко цокали.
   — Ну? — буркнул подошедший вместо приветствия и окинул неприязненным взглядом Филина. — Это новенький?
   — Да, его зовут Илья. Он с «Терехова».
   Евгений проигнорировал протянутую руку Филина.
   — Помню эту историю. И что с того?
   — Ему интересна техническая сторона плана. В частности, как нейтрализовать роботов, чтобы минимизировхать... потери. В общем, я хотел бы вас просить ввести его в курс дела.
   Мережко хмыкнул, в упор посмотрел на Илью, словно пытался просверлить его взглядом, и спросил:
   — Инженер?
   — Да. Бортинженер грузовика.
   — Хорошо, идемте. Я вам порасскажу много разной ерунды, а вы уж делайте с ней все что вам угодно.
   — Прекрасно! Тогда я вас оставляю, — Стивен улыбнулся, чуть заметно поклонился и направился к приборам.
   Кибернетик проводил доктора тяжелым взглядом и мотнул головой:
   — Идем.
   Но Филин не расслышал. Его поразила надпись на комбинезоне Мережко. Полукруглые буквы сложились в слово «Светлый»! Тот самый пропавший грузовик, чьи последние сигналы достигли приемных станций!
   Кибернетик почувствовал что-то и обернулся.
   — Эй, бортинженер, не отставайте! А то потом заблудитесь еще, не туда попадете...
   — Иду! — Филин стряхнул с себя оцепенение и поспешил вслед за Мережко.
   Они спустились на технический этаж «Галактиса» и прошли в мастерскую. Привыкший к небольшим помещениям грузовика, инженер едва не ахнул. Места много, и при этом оно не пустовало. Тут были и станки, и различные приспособления. Конечно, построить космический корабль не выйдет, но что-то попроще изготовить наверняка получится.
   Словно прочтя мысли инженера, кибернетик хлопнул ладонью по станине и вздохнул.
   — Это все хлам. Кое-что мне удалось перевести в ручной режим, но большинство устройств мертво без вычислителя.
   — Жаль.
   — Еще бы! Нынче, вот, точу стрелы, черт бы их побрал, и то польза.
   Филин вспомнил, что стрелы хотя и казались деревянными, но обладали весьма приличной прочностью. И наконечники из очень твердого материала.
   — Ладно, идем дальше.
   Ловко лавируя между оборудованием, кибернетик направился в дальний угол мастерской. Идти за ним с той же скоростью оказалось весьма непросто: приходилось то и дело уворачиваться от торчащих элементов конструкций. Но пару раз уберечься все равно не удалось, и Филин морщился, украдкой ощупывая ушибы.
   Там, где стоял кибернетик, находилась дверь. С другого конца помещения ее было и не разглядеть.
   — Раньше тут был склад материалов, а теперь мой... полигон, можно сказать. Сперва было хобби, чтоб не растерять квалификацию, а теперь вот дополнительная обязанность.
   Мережко вдруг нахмурился, словно припомнил что-то важное, затем воздел указательный палец.
   — Вот что, сейчас идите за мной след в след. Кое-что там, как бы сказать, не совсем безопасно.
   Он повернул ручку и открыл дверь.
   От склада в помещении остались стеллажи. Часть площади была расчищена, и в этих местах на полу виднелись пятна, словно там палили из бластера. Под сожженным покрытием поблескивал металл. То тут, то там виднелись горки металла.
   Кибернетик взял стоявший у входа шест и двинулся вперед, то и дело орудуя пластиковой палкой, словно щупом. Шли поэтому медленно. Филин наблюдал за Мережко, но не мог понять, какого рода опасность подстерегает человека, идущего по помещению склада корабля.
   Раздался сухой треск, по полу рассыпались искры. И еще раз. Откуда-то по палке лупили электрические хлысты высоковольтного разрядника. Кибернетик остановился, вытер рукавом выступивший на лбу пот и сделал два шага вправо. Инженер не отставал. Теперь он понял смысл действий.
   Что-то прыгало, вспыхивало, кружилось, дымило. Большинство непонятных устройств были невелики, но по разрушениям так не скажешь. Кибернетик шел по одному ему ведомой тропинке, и Филину подумалось, что вряд ли чужак способен был бы пройти через помещение самостоятельно, без провожатого; пройти, сохранив все конечности. Все же большинство устройств атаковало ноги.
   Когда они дошли наконец до конца склада, Филин вздохнул с облегчением.
   — Полигон... — виновато пожав плечами, констатировал Мережко.
   — Откуда тут вся эта нечисть? Подозреваю, это какие-то механические устройства?
   — Угу. Самые что ни на есть.
   — Но почему они такие агрессивные? На людей нападают.
   — Вы были в музее?
   — Да.
   — Миша вам, наверное, рассказал про время и чужаков?
   — Рассказал.
   — Ну а я немножко дополню. Часть роботов, попавших сюда, потерпела некоторые изменения.
   — Директива ноль?
   — Не совсем. Они научились бороться за энергию. Точнее, их научили. Программы чужих машин не выполняют директиву по понятной причине: они не обязаны защищать человека
   — Понятно, — кивнул Филин. — Они не понимают, что такое человек.
   — Понимают как раз. Человек для них инородное разумное существо.
   Инженер раскрыл рот было рот, но, предвосхищая вопрос, кибернетик поднял ладонь:
   — Не спрашивайте меня про критерии. Разобраться с алгоритмами программы робота, созданного в иномирье, — дело практически безнадежное. Но факт есть факт, машины прекрасно справляются, определяя нас как разумных, хотя и чужих. В общем, они обороняются и самосовершенствуются.
   — Эволюция машин?
   — Нет, это, конечно, ерунда. Машина может обладать очень гибкой логикой, но она все равно останется машинной. А здесь, на полигоне, я гоняю вспомогательных роботов, найденных группой Глена. Мы тогда не знали, что эти непонятные устройства впадают в своеобразную спячку и оживают, едва рядом обнаруживается источник энергии. Вот на полигоне и поэкспериментировал. Тут под полом проложены нити для питания тележек. Я задействовал некоторые, пустил слабенький ток. Роботы ожили и моментально поделили склад, позволяя ходить только по линиям, которые не подключены. Но потом у некоторых стали появляться длинные токоприемники, сделанные из подручных материалов. Видимо, им для зарядки и нормального функционирования требовалось больше, чем они получали. Вот! — Мережко поднял штанину комбинезона и показал на огромный рубец. — Едва ноги не лишился. Пришлось отстреливать из бластера самых сообразительных. Но потом я заметил, что чем чаще тут появляюсь, тем быстрее машины стараются сделать себе токоприемники. Выходит, самосовершенствование изначально заложено в каждую из этих машин. Пришлось сократить походы.
   — Но при чем тут наши-то роботы?
   — Они перестали нас воспринимать своими создателями и перевели в разряд разумных чужаков, понизили статус. Это означает, что каким-то образом им поменяли программы.
   Тут было о чем подумать. Два подхода, два пути. Второй, где человек снова становится хозяином своих металлических помощников, соблазнял действием. К тому же, там, в Городе, томился юнга. И его надо освобождать. Но если возможна связь, то другой вариант предпочтительней. К услугам потерянных людей окажется вся мощь Земли, весь ее интеллектуальный и технический потенциал. Вряд ли Город устоит под таким натиском.
   — Скажите, а с Ростовцевым вы беседовали?
   — С Мишкой-то? Тысячу раз. Но каждый разговор едва не заканчивался дракой. Ему по душе экстенсивный подход, а вот мне — нет. Вы сейчас спросите: почему? Давайте отвечу сразу и в лоб. Мне не нравится Стивенс. Ему важнее власть, нежели жизни людей, но он предлагает то, чего жаждут многие. Если вы не заметили, то я вам напомню: у каждого, почти у каждого, кто состоит в группе, есть причина прорваться в Город. Патруль забрал их родных и друзей. Вы же тоже пришли сюда не просто так?
   — Вы правы. Валерий, стажер с «Терехова».
   — Угу, ясно. И вы, и каждый здесь надеются вернуть своих, — кибернетик помрачнел. — Только мне нужно попасть в Город не за этим. У меня там нет никого. Редкий случай: я похоронил родного человека. Его... Ее сожгло при аварии патрульного робота. Теперь там, по ту сторону периметра, обитают мои враги.
   — Так ведь...
   — Я знаю, что мстить машинам бесполезно, — перебил Филина кибернетик, — но вправить этим истуканам вывихнутые мозги теперь стало моей навязчивой идеей. Чтобы больше никто не погиб.
   — Понятно. И все же, стоило бы вам с Ростовцевым объединить усилия, мне кажется. Тогда хоть шанс появится.
   — А вы знаете, почему Стивенс захотел, чтобы я ввел вас в курс дела? — хитро прищурившись поинтересовался кибернетик.
   — Ну, наверное он всех так...
   — А вот и нет. «Галактис» вез колонистов. И кибернетик Ростовцев — колонист. Он очень хороший спец по машинам, но у него другая специфика. А вы хоть и не имеете к роботам прямого отношения, достаточно гибки, да и подходите к технике с точки зрения космонавта. Вы будете резервом, если вдруг что-то случится со мной. Вот такая у вас тут роль.
   — Лихо!
   — Пройдоха Самюэль отлично умеет просчитывать каждый свой шаг.
   Филин слегка опешил от такой характеристики.
   — За что вы его так-то...
   — Человеку безразлично все, кроме власти. Он объединяет тех, кто научился ненависти и жаждет мести. А пойдут ли на Город или этого вовсе не случится — не важно. Главное, что люди теперь слушают его. Если удастся затея — благодарное население будет носить его на руках. Но и неудача оставит его сильнейшим. Ведь в ведении Стивенса слежение за энергетическими ресурсами. В том числе и за оружием. Ваши бластеры у него. Так или иначе, любой исход кампании позволит объединить людей в ненависти к машинам и править озлобленным племенем собирателей.
   — И вы все же с ним?
   Мережко кивнул.
   — Других путей пока не вижу, хотя и верю больше Глену. Но чтобы проверить, нужно попасть в Город; тут все равно больше нет ни одного подпространственного передатчика, — кибернетик вздохнул. — Слушайте, давайте перейдем на ты, что ли. Выкаем тут...
   — Годится. Тогда зовите... зови меня Филин или Илья.
   — Женя!
   Они пожали друг другу руки. Затем инженер задал давно мучивший его вопрос:
   — Жень, а ты со «Светлого»?
   — Ну да. Старший кибернетик.
   — А больше никого твоих тут не было?
   — Нет, — развел руками Евгений. — Больше никого, но тут так часто бывает. А что тебя так заинтересовало?
   — Видишь ли, грузовик «Светлый» исчез во время подпространственного хода. Такое и раньше бывало с разными кораблями, но только от него одного поступили сигналы.
   — Какие?
   — Непонятные. Код передачи совершенно точно был «Светлого», а вот остальное осталось загадкой.
   — Вот, значит, как... Наверное, это уже после меня. Жаль ребят, — Евгений совсем расстроился.
   — А здесь, кроме тебя, никого оттуда?
   — Не-а. Я один тут. Робот мой если только, но я его и увидел-то мельком. Он сразу исчез. Так всегда бывает. Ну как, продолжим изучение?
   — Пожалуй.
   — Бери бластер. Здесь можно стрелять, выброс энергии не засекут. Склад рассчитан на транспортировку довольно небезопасных материалов, потому и экранировка вполне приличная.
   Филин взял оружие. Судя по счетчику — заряд полный. Модель бластера, правда, немного странная, не похожая на те, что были на борту «Терехова». Но мало ли...
   Кибернетик шагнул к распределительному щиту и переключил несколько тумблеров. Затем взял подмышку палку, взглянул на счетчик зарядов своего бластера и тихо сказал:
   — Держись за мной и стреляй, если увидишь движение. Мы сейчас пойдем по чужим огородам, где будет отключено питание.
   Филин сделал всего несколько шагов, когда паукообразный робот выскочил из-под стеллажа и бросился на них. Евгений выстрелил. Но вместо вспышки и дымящегося ожога на покрытии только послышался тихий треск. Без всякой видимой причины робот потерял управление, закружился на одном месте и упал на бок, судорожно подергивая ногами. Кибернетик довольно улыбнулся, а Филин пытался сообразить, что произошло.
   — Я тут доработал оружие. Уничтожить роботов трудно, гораздо проще нарушить работу вычислителя. Нарушить работу мозга, проще говоря. Пришлось повозиться, чтоб обнаружить уязвимое местечко.
   — Они отключаются?
   — Не совсем. Они перегружены сведениями. Сложно объяснять, тут что-то вроде ленты Мебиуса, запущенной через внешние датчики. Реальность на миг подменяется совершенно другим миром, с огромным количеством движущихся и меняющихся объектов. Он стыкуется с настоящим, и получается что-то вроде бесконечной ленты с одной плоскостью. Все, теперь вычислитель до бесконечности будет разбираться, что же происходит.
   Филин с уважением посмотрел на оружие.
   — Хорошее устройство! Уложить из бластера даже грузчика — дело долгое. А тут... О! А что ты говорил про роботов, которые быстро исчезают?
   — Да, есть такое. Оставляют только мелкие неподвижные устройства, вроде вот этих моих крысят. Они в спячке не излучают никакой энергии, пока не окажутся рядом с источником, конечно. Больших же забирают всегда. Там остаточного заряда до чертиков.
   — Хм. Знаешь, а тут как-то совсем непонятно вышло. Вот сейчас про грузчика вспомнил, и сразу всплыло в памяти. Елисей, трюмный робот, много лет торчал в корабле, пока в нем не появились мы со стажером.
   — Не бывает так, — твердо сказал Евгений. — Мы засекли вас еще там, на горе. Приборы дали приличный выброс: стрелки, помню, здорово скакнули. А потом почти сразу возник второй, поменьше. Думали, что это робот прибыл вслед за вами. А раз засекли мы, то и Город в курсе. По идее, к вам должен был отправиться патруль.
   — Валтасар и Птолемей...
   — Кто? — непонимающе посмотрел на Филина кибернетик.
   — Робот упомянул два имени. Говорил, что они бывали в корабле, но давно. Что-то около пяти тысяч часов назад, как он уверял.
   — Хм. Знаешь, похоже, что машины сменили тактику. Они хотели с вами отправить робота, чтобы он оказался среди людей. В «Галактисе».
   — Думаешь?
   — Возможный вариант. Машины хотели выяснить, есть ли еще где-то люди. Потому-то и не было патрулей.
   — Но робот выполнял директивы, подчинялся. Мы и оставили его, снова превратив в сани. И если бы было иначе, он не стал бы вновь... транспортом.
   — Ты не проецируй свои поведенческие реакции на робота. В его задачу не входило притворяться. Скорее всего, ваша машина была самой настоящей, причем с нетронутой программой. Наверное, такие тугодумы в Городе не слишком нужны, чтоб с ними возиться. Но если бы он прошел в «Галактис», то записал бы в память многое. Ведь ориентируется ж робот на складе, и для него очень важно, где что расположено. Да это и выполнение директивы ноль, в конце концов. Все записалось бы, можешь не сомневаться. И не дай бог потом попасть ему в Город. На этом с «Галактисом» все: маскировка перестала бы спасать от патрулей. В глазах роботов мы стали бы людьми, даже если б начали ползать по-змеиному. Множество других неприятностей мог принести такой троянский конь, если разобраться. Генератор вычистили бы, всякую технику... Но это так, мелочь, по сравнению с передачей информации о маскировке. Все люди очень быстро оказались бы за периметром. Ведь даже за едой не выйти.
   — А программа была нетронута... Хм... А куда тогда делись устройства связи?
   — Возможно, что патрульные машины забрали и стерли визит из его памяти. А вот зачем забрали? Надо будет покумекать. Это же комплекты подпространственной связи ты имеешь ввиду?
   Филин не успел ответить: краем глаза он заметил какого-то довольно большого усатого жука и тут же выстрелил. Ладонь инстинктивно сжалась, готовая принять отдачу, но никаких эффектов от выстрела не ощущалось. Однако жук замер.
   — Молодец! — кивнул Евгений. — Отличный выстрел! Да, ты только пока никому не говори. Стивенс ждет оружие, а я... В общем, пока не стоит открывать карты, а то завтра же пойдем на штурм.
   — Я никому!
   — Полагаюсь на твое слово. Шагаем вон туда, я включу дорожки. У меня совсем мало роботов осталось. И подбери тушки, попробуем их препарировать.
   Филин поднял жука, но когда взялся за паука, тот судорожно задвигал лапами. Инженер резко отшвырнул от себя робота. Тот со скрежетом проехался по полке стеллажа и упал на пол.
   — Не бойся, — криво усмехнулся кибернетик. — Он теперь включил твое прикосновение в программу и больше не дернется. Не все органы чувств луч затрагивает.
   Но прежде чем тронуть паука, Филин ткнул его взятой у Евгения палкой. Робот и правда не шелохнулся.






Страницы: [ 1] [ 2 ] [ 3 ] [ 4 ] [ 5 ] [ 6 ] [ 7 ] [ 8 ]

Главная | О фильме | Творчество | Разное | Ссылки | Форум

Copyright © 2007-2017 Otroki.DRUiD.RU